"
"Вацлав, Мартин, Александр и даже Димитар — они что-то задумали, ведь как иначе объяснить те взгляды и то красноречивое молчание, что мгновенно возникало, стоило заговорить о турнире. Я уже давно поняла: что бы они ни затевали, все это касалось турнира.
«Хранить подобное… Да он совсем ничего не боится», — этот обрывок разговора, подслушанный случайно, стал единственной моей зацепкой.
Но как мне узнать все остальное? Неужели соблазнить Александра?
Мысль показалась мне бредовой, но в то же время не на столько, чтобы полностью ее отмести.
На следующий день, когда Розенталь вновь провожал меня до дома, — сам огневик часто ночевал в своем старом жилище, — я прямо спросила у него:
— Почему ты каждый раз возвращаешься к себе? Это обязательно? — Все это время даже подобные вопросы были табу. Мы их избегали, ведь они вновь неизбежно приводили к семье Розенталя и его невесте. Пока между нами ничего не происходило, меня устраивал подобный расклад. Наше общение со стороны можно было счесть за дружеское, но это если наблюдать метров с двадцати не ближе.
Я невольно замирала, когда маг оказывался рядом. Это происходило постоянно, пусть на долю секунду, но я совсем не могла это контролировать.
Похоже, и он тоже… Не мог.
Александр ответил почти сразу, его тихий голос прозвучал слишком интимно в этой полутьме:
— Когда мне надо где-то присутствовать, отец посылает за мной экипаж из особняка, я не хочу, чтобы он прибывал к этому дому.
Да и в принципе стараюсь привлекать к нему меньше внимания. — сказанное было очень похоже на правду, ведь мы практически постоянно пользовались потайным ходом, чтобы попасть внутрь.
— Да? Имеет ли это смысл?
— Не знаю. Но предосторожность не помешает.
Я кивнула, на самом деле даже не придавая значения его словам. Подняла руку, коснулась мужской груди, сразу ощутив его тепло под кончиками пальцев.
— В мое расписание поставили занятие с ректором.
У тебя случайно оно тоже не появилось?
— Появилось, — мягко согласился огневик, посмотрев сначала на мою ладонь, потом на мое лицо.
На прошлой тренировке мы неожиданно попали в разные команды. Обычно этого не происходит, ведь мы должны действовать заодно, а не воевать. Пришлось сдерживаться и ему, и мне. Особенно мне, как ни странно. Моя вода могла хотя бы ранить его, ударить, а вот его огонь был почти безвреден — лишь одежда горела.
