По моему же мнению, вряд ли отец Александра использовал бы подобные методы — он скорее добил бы раненую, чем помог, а вот на огневика это вполне было похоже.
Он куда мягче, чем многие видели. Со стороны казалось, что маг был холоден ко всему вокруг. Лишь теперь я понимала, что в его мире этот щит просто необходим.
Но правда такова, что тем вечером, когда стихийник застыл, даже не пытаясь отбиваться, он растерялся и почувствовал вину, пусть сам ничего плохого и не совершал.
Я тоже испытывала нечто подобное, даже не имея к его семье никакого отношения, поэтому примерно представляла, каково было ему в тот момент.
Набравшись решимости, я поднялась по ступенькам, делая каждый шаг с осторожностью, потому что камень под ногами превратился в каток. Подойдя вплотную к двери, вздохнула. Мне не надо было оборачиваться, чтобы знать, что Кирстен стоит прямо позади.
Подняв руку и замерев на мгновение, я наконец постучала, слушая, как звук гулко разносится по ту сторону и отталкивается от стен.
А затем до меня донеслись тяжелые шаги, что с каждой секундой становились ближе.
Тишина. И дверь перед лицом резко распахивается, являя того самого мужчину из бара. Мужчину, что подозрительно и грозно сощурился, лишь завидев меня.
— Извините за беспокойство. Можно с вами поговорить? — опередив его, сказала я, не позволяя сразу себя выгнать.
Глава 20
Дыхание паром вырывалась изо рта, а я непрерывно оглядывалась, осматривая многоступенчатые острые крыши, что вырастали вверх, темные фасады и высокие заборы.
Казалось, здешние хозяева жилищ сделали все что только возможно, чтобы отгородиться друг от друга.
На улице уже давно стемнело, серые облака, как куски грязной ваты, низко висели над городом. Пусть последние недели радовали теплом, но сегодняшний вечер выдался поразительно морозным — поднялся ветер, температура резко опустилась.
Я поежилась, растирая ладони друг о друга и пытаясь их согреть. Но вперед, постоянно распаляя мои чувства, гнала мысль: кажется, я обо всем догадалась.
Сама и без чьей-то помощи. В кармане же моей легкой куртки пряталось то, что могло стать нашим козырем.
Последний час вышел суматошным: я спешно вернулась в дом на Лунарной улице, на секунду забежала к себе, проверила, не в своей ли комнате Розенталь, с минуту сотрясая ударами его дверь, а когда потерпела неудачу, подобной участи удостоилось и жилище Вацлава.
Я была слишком захвачена совершенным открытием.
