Шум крови в ушах перекрывал гомон трапезной. Помня об утреннем проколе, я поспешно приклеила к лицу вежливую полуулыбку и, поглядывая на мэлов, принялась за обед. Нельзя показать им мое смятение. Нельзя! Я и так допустила слишком много промахов за последние дни.
После обеда нас ждали два часа самостоятельных занятий. И как приличные лернаты, рвущиеся к знаниям, все халцедоны-первогодки решили… выбраться в парк. Потому что библиотека, как уверял Киган, в отличие от последних теплых деньков, точно никуда не денется.
Я отказалась присоединиться к общему безделью, уверив, что действительно хочу позаниматься. Меня попытались отговорить от «этой глупой затеи», но стоило мне выразительно посмотреть на собственное кольцо, как попытки прекратились.
Дождавшись, когда звон колокола разгонит лернатов по занятиям, я отдала мысленный приказ Путеводному свету и зашагала к северному хранилищу. Кончики пальцев покалывало от желания коснуться метлы, попробовать воплотить в жизнь родившуюся на сангрологии идею.
Расположение ниши я помню хорошо, да и углубляться в лабиринт не придется, так что трудностей возникнуть не должно. Бегать за Эвис, а потом возвращать ее обратно в комнату времени нет.
Я миновала три перехода, одну галерею и два больших зала, как вдруг будто из ниоткуда возник Хэйден. Дернув в сторону, он прижал меня к стене.
ГЛАВА 23
Прикосновение вышло излишне смелым, если не сказать — непристойным. Щеки опалило стыдом, я дернулась.
— Отпустите, артиэлл!
— Отпущу, — легко согласился он.
— Как только ты скажешь мне, в чем дело. Еще вчера ты от меня не шарахалась. Что изменилось?"
"— Н-ничего…
Я попыталась увильнуть, но Хэйден уперся в стену руками, отрезая мне пути к отступлению. Конечно, всегда оставался шанс присесть, поднырнуть и выскочить ужом, но все же я Мак-Мора. А Мак-Моры умеют держать удар.
Вздернув подбородок, я ответила на прямой взгляд. Хэйден прищурился.
— Слабая, но гордая… как же в тебе много каждого из этих качеств.
— У северян такая традиция — указывать собеседникам на их недостатки?
— У северян традиция не позволять уходить от ответа… Лэйни.
Чуть раскатистое произношение, присущее лишь выросшим среди снегов колдунам, заставило мое имя зазвучать совершенно по-особенному. Мягко, тягуче, словно теплая карамель.
— Так что тебя напугало?
— Вы, артиэлл.
Черная бровь вопросительно изогнулась.
— И чем же именно?
Я не спешила с ответом.
