— Предупреждать надо, — буркнула я. Действительно, откуда могла знать, чем он там занят?
— Давай, осторожно, — отбросив простыни, инферн перегнулся через подоконник.
Одной рукой держась, вытянул вторую ко мне. За ним мелькнуло встревоженное личико Саи.
Цепляясь за кирпичи и витые стволики винограда, я наконец-то дотянулась до его ладони. Ухватилась за нее, и Бин потащил вверх, помог забраться в окошко.
— Где ты научилась так лазить? — прошептала русалка, но я замерла, большими глазами глядя на ее комнату.
У стены напротив двери действительно стояло огромное зеркало — то самое, в которое я едва не врезалась в прошлый раз. Ну и стандартная мебель. Пожалуй, на этом сходство заканчивалось.
Никаких ковров, подушечек, напольных ваз и чаш для благовоний. Скорее наоборот, все выглядело гладким, безупречно чистым и каким-то прохладным, что ли. По стене у изголовья струилась вода, навевая мысли о высших ступенях «пси-неживого». В небольшом круглом аквариуме на тумбе плавали несколько рыбок среди разноцветных водорослей.
— Ух ты! — только и выдала я.
— Принести вам что-нибудь поесть? — подхватилась Саи.
— Сядь, — одернул Бин. — Куда ты среди ночи пойдешь?
Русалка смущенно замолчала. Улыбнулась:
— Я рада, что ты снова здесь. Я столько хотела тебе рассказать!"
"Бин не ответил, а я как-то внезапно почувствовала себя лишней. Села на край кровати, на руки тут же запрыгнула Белка и принялась ластиться. Я чесала за ухом мою белоснежную красотку, размышляя обо всем случившемся.
Нас отвлек скрежет коготков. Саи подскочила, Бин поднял голову. На карнизе сидела летучая мышь, глядя на нас бусинами глаз.
Инферн поднялся, отворил окошко.
— Он не сможет здесь превратиться, — пояснил мне. — Женские общежития под защитой, чтобы всякие не лазали, — Бин задорно хмыкнул, подмигнув. Саи смущенно опустила голову.
Инферн вытянул руку, Ник пересел на его ладонь. Несколько мгновений они общались одним им известным способом: зверек переминался с лапки на лапку, заглядывал в глаза и, наверное, посылал ультразвуковые сигналы.
Хм, а может, просто телепатические. Хотя Бин отвечал односложно, вроде: «Да? Сколько? Когда?»
Наконец, поблагодарив мыша кивком, он подбросил его на ладони. Пару секунд смотрел вслед, после повернулся к нам:
— Адепты ушли из обсерватории и сейчас на дороге сюда, — перевел. — Предлагаю часок переждать и рискнуть.
— Может… мне можно пока в свою комнату? — осторожно поинтересовалась я, желая дать им поговорить.
