А впереди разрастался величественный архипелаг. Дракон мерно взмахивал крыльями, приближая нас к нему, и я как-то сразу же поняла, сообразила.
Мы летели в исконные земли драконов.
ГЛАВА 31
Архипелаг приближался. Величественные, неприступные снизу скалы, раскинувшиеся далеко вокруг — так далеко, что границы невозможно было разглядеть. Снизу каменистые, отвесные, а сверху зеленые — хотя я ожидала снежные вершины.
Но нет, там, на самых верхушках, возвышались великолепные дворцы из горного хрусталя, малахита и множества иных камней.
Меж ними летали драконы всех возможных расцветок.
Как ни странно, нас никто не останавливал, никаких дежурных отрядов я тоже не приметила. Впрочем, они же сильные менталисты, наверное Наареш сообщил о нашем прибытии…
При всей заселенности, дворцы стояли не слишком густо. Каждый — на своем утесе."
"Мы облетели архипелаг с южной стороны и, не углубляясь внутрь, свернули к одной из крайних скал.
Замок, возвышавшийся на ней, меня просто покорил. Узкие башни лунного камня, переливающиеся в свете восходящего солнца, смотрелись настолько прекрасно, что на глаза навернулись слезы.
Сразу же, безоговорочно я поняла: это дом моего дракона. Наареша.
Сбросив скорость, он свернул какой-то своей подлетной трассой и приземлился внутрь одной из башен, на специальную открытую с четырех сторон площадку под сверкающим шпилем.
С этой стороны остальной Архипелаг почти не просматривался — лишь безбрежный океан. Можно было представить, что мы в уединении.
Если очень постараться.
Остановившись, дракон едва дрогнул всем телом, определенно намекая, чтобы мы слезали.
Бин скатился по серебряному боку первым, помог слезть нам с Саи. Русалка оглядывала дворец фиолетовыми глазищами, словно не веря себе. Не удивлюсь, если еще и щипала себя тайком. Едва ли десяток жителей нашего мира за последнюю сотню лет смогут похвастать тем, что побывали на Архипелаге драконов!
Пока мы с восторгом оглядывались, дракон, оставаясь стоять к нам спиной отряхнулся, блеснул чешуей.
Она так же волнами смялась, уменьшилась — и вскоре явила все ту же рельефную чешуйчатую фигуру.
Правда, на этот раз полюбоваться собой он нам не дал: мысленный приказ, короткий жест, и в его руке оказался шелковый серебряный халат, являя высшую степень владения телепортацией предметов.
Наареш облачился в него, завязал пояс и повернулся к нам. На лице и открытой груди исчезали, словно впитывались в кожу, остатки серебристой чешуи.
