С огромным удовольствием возвращаюсь в его объятия, в которых так тепло и безопасно.
— И я что-то не понял — где твой панцирь? — беспокойно ощупывает меня взглядом с ног до головы, хмурит темные брови.
Улыбаюсь довольно.
— А у меня все лучше получается им управлять! Все ты, между прочим. С тобой моя магия начинает слушаться. Потоки силы расплетают узлы, расправляются… как лепестки розы. Это так удивительно и странно! Помню, в наш первый день здесь я чуть на расшибла Солейн нос своей Сферой. А вот прошли какие-то считанные недели — и щит даже почти пропустил Дженни! И совсем пропустил мою… еще одну сестру.
Он ведь только на людей реагирует. А Сол… не очень человек. Кста-ати, сестренка, может, уже хватит прятаться, и ты покажешь нам свой истинный… Сол!!
Солейн успела вскочить и пробежать до двери, и теперь резко дергала ее, но та была заперта на ключ. Которого в двери не было. Дернула еще раз — чуть ли не шипя, как разъяренная кошка.
— Так вот зачем ты запирал… — удивленно пробормотала я.
— Конечно.
Чтобы она не сбежала раньше времени. А ты что подумала?
— Ну… — я отвела глаза. Даже вспоминать не хочется, что я подумала.
Морвин вспыхивает, в глазах искрит гнев.
— Ледышка, и ты хоть на минуту могла допустить, что я поведусь на эту дешевку? Ты мне до такой степени не доверяешь?
Ох. Кажется, у нас есть шанс впервые поссориться с моим огненным. Не хочу-у-у!..
Тянусь на цыпочки и чмокаю его в щеку.
— Ну прости! Я думала, ты на пороге застыл, завороженный прекрасным видом. Откуда мне было знать, сидя в шкафу, что ты просто планы стратегические строил?
Морвин ворчит что-то недовольно, а я все же оборачиваюсь.
— Кстати о прекрасном виде. Ну Со-ол, ну покажись уже! Что такого ты прятала своим артефактом? Нам-то ты можешь довериться!
— Действительно, мы ж теперь лучшие друзья! — язвит Морвин. — Ничто так не сближает, как попытка укусить исподтишка!
Я тихонько толкаю его локтем в бок.
— Ну она же не сделала ничего по-настоящему ужасного. Никого не убила, не ранила… она даже обо мне переживала, чтоб мне в шкафу сидеть было удобно!
— Ледышка, какой же ты у меня еще глупый, доверчивый ребенок! — возводит глаза к потолку Морвин.
Солейн тяжело дышит, стоя к нам спиной… а потом медленно поворачивается.
И всякие споры застревают у меня в горле. Нет, я, конечно, ожидала чего-то в этом духе, но реальность оказалась… еще более странной."
"У Солейн была ярко-розовая, как небо на рассвете кожа. Уши — слегка крупноваты и заостренные на кончиках.
