Аккадская формула

Прислуга и на этот раз не заставила себя долго ждать. Дверь отворилась, и все та же пожилая женщина в белом фартуке и чепце, сделав шаг в сторону от двери все с тем же каменным выражением на лице, жестом пригласила войти. Альфред ступил в прихожую, пол которой был выложен белой и черной плиткой. Стены были обшиты темным, очевидно, очень дорогим деревом, более всего похожим на клен. Впрочем, обшивка, видимо, также изрядно потемнела и от времени: дому было не менее ста лет. Альфред отдал прислуге пальто и шляпу.

Трость со стилетом, он решил оставить. Не то, что бы он кого-то опасался, но просто без нее уже было как-то непривычно, словно бы рукам чего-то не хватало.

Он ступил в просторную комнату, куда его препроводила молчаливая мрачная прислуга. На диване, у низкого столика на гнутых ножках, сидела довольно молодая и миловидная женщина. Она была небольшого роста, и на вид очень хрупкая. Ее довольно густые, но при этом, видимо, не очень длинные вьющиеся каштановые волосы были собраны сзади корзинкой, а по щекам вились две изящные букли.

Вдова была одета в длинное платье черного бархата с кружевными манжетами и воротничком. На шее, это было видно даже от двери, висела явно очень дорогая нитка крупного жемчуга. Кожа у женщины была необычайно белая, а в сочетании с темным одеянием, и вовсе казалась мраморной.

Когда Альфред вошел, и тихо кашлянув, поклонился, она села ровнее, и, указывая на кресло напротив, негромко сказала:

– Прошу садиться, господин… – она замялась.

– Ланге, – Альфред выпрямился и поклонился снова, – Альфред фон Ланге. Писатель и журналист. Сейчас работаю в издательстве Имперской энциклопедии, в отделе ежегодников.

– Вот как? Работаете? Что ж, это похвально… Садитесь, прошу вас, – она снова указала на кресло.

– Благодарю вас, мадам фон Кляйне! – Альфред сел, немного отодвинув кресло назад.

– Кофе? Чай? – спросила хозяйка.

– От чашки чая, я бы, признаться, не отказался, – Альфред смущенно улыбнулся.

Вдова позвонила в колокольчик, и затем, спустя секунду позвала:

На пороге появилась все та же прислуга.

Выражение ее лица, видимо, не менялось никогда.

– Что угодно, мадам?

– Будь добра, принеси-ка нам чаю, – попросила госпожа, не отрывая глаз от Альфреда.

– Сию минуту, мадам, – ответила прислуга, и тотчас удалилась, тихо прикрыв дверь.

– Итак, что вас интересует? – спросила хозяйка.

– Видите ли, я собираю материал о вашем покойном муже, для ежегодного альманаха энциклопедии.