Аккадская формула

Кое-какие биографические данные у меня уже есть, но мне было бы интересно узнать о нем что-нибудь еще, просто как о человеке. Например – что он любил, чем увлекался, и тому подобное.

– Любил? – удивилась вдова.– Хороший вопрос… Вот ведь… И, представьте, мне на него довольно сложно ответить…

–Вот как? Почему? У него не было никаких предпочтений? Ну, вот, например, что он любил выпить по вечерам: ром, виски или же что-то другое?

– Мой муж не пил совсем. – Отрезала вдова. – И не курил, кстати, тоже.

– Понятно, – Альфред сделал пометку в блокноте, – Ну, а что он, скажем, предпочитал есть на завтрак?

– Странный вопрос… Хотя… Он, например, заваривал высушенные морковные очистки вместо чая, а ел чаще всего просяную кашу.

Писатель Ланге ошарашено поглядел на вдову, не шутит ли она, но та явно не шутила. Она была серьёзна, и неотрывно разглядывала Альфреда с ног до головы.

– Ну, а было ли что-то такое, чем он любил заниматься, скажем, по вечерам, или в воскресенье?

– Да как вам сказать… Он довольно много читал, иногда что-то мастерил у себя в подвале, в мастерской… – она пожала плечами, – в общем, ничего особенного, пожалуй.

– Понятно. – Писатель Ланге уже исписал страницу и перевернул лист. – Быть может, он увлекался охотой? Или коллекционировал что-нибудь?

– Нет, что вы… Какая охота! – она отмахнулась маленькой изящной ладонью с длинными тонкими пальцами, – У него было повреждено колено, знаете ли. Ранение на войне. Он не мог долго ходить даже по городу, а уж тем более по лесу или, по болоту.

Что же до коллекционирования, – она на секунду задумалась, – разве что, книги? Он их выписывал довольно часто. Некоторые потом относил букинисту, а некоторые перечитывал по нескольку раз. Я этой страсти никогда не понимала.

– Вот как? Вы не любите читать? – удивился писатель Ланге.

– Так разговор, все-таки, обо мне? – Удивилась вдова.

– Нет-нет, конечно… Простите меня, – писатель Ланге очень смутился и уткнулся в свой блокнот.

– Ничего страшного, – улыбнулась вдова, – я люблю читать.

Но что-то полезное. Романы меня не увлекают.

– Интересно, – писатель Ланге снова смутился, – а говорят, что женщины как раз таки романы и предпочитают!

– Этого я не знаю. Я мало общаюсь как с мужчинами, так и с женщинами. Но мне романы редко бывают интересны.

– Ну что ж… Скажите, мадам Кляйне…

– Зовите меня Брунхильд, если хотите, – сказала она вдруг и улыбнулась.

– Боюсь, это не совсем удобно, – промямлил писатель Ланге, и немного поерзал в кресле.