Аккадская формула

Он был постарше прежнего, и, видимо, опытнее. Когда он вошел, то лишь вопросительно поднял брови, мол, чего изволите?

Констебль понимающе кивнул и удалился.

Спустя минут десять дверь без стука отворилась и на пороге возникла важная, словно сам господин префект, фрау Таттенбах с большим подносом. Не ответив на приветствия, она лишь поставила поднос на стол, и высокомерно кивнув в сторону шефа, удалилась.

– Нет! Ну, каков этот граф Циммерман!– восклицал шеф.

– Да, уж! – Довольно пресно отвечал Альфред.

 – Уложить на дуэли племянника самого герцога! Это, уж совсем…знаете ли…

И затем снова следовала неловкая пауза, в которой собеседники как-то нарочито значительно разглядывали содержимое кофейной гущи в своих чашках.

Шеф видимо, «разрывался» между необходимостью обхаживать важного гостя, и той кипой работы, которую нужно было, во что бы то ни стало разгрести в самое ближайшее время. Наконец, после короткого стука в стекло загородки, на пороге появился господин средних лет, высокий и стройный.

На нем был немного старомодный, но вполне приличный коричневый костюм, белоснежная накрахмаленная сорочка и черный галстук. Очевидно, это и был доктор. Шеф выдохнул с явным облегчением и, выразив надежду, что далее его помощь, вероятно, больше не нужна, попросил разрешения откланяться, однако он тотчас спохватился и добавил, что если геру фон Ланге что-нибудь понадобится, то он всегда здесь и готов к услугам.

– К вашим услугам, – слегка поклонившись, любезно сказал Альфред.

– Весьма приятно, но, видимо, это я здесь к вашим услугам, не так ли? – губы доктора тронула несколько прохладная улыбка.

– Да, конечно. У меня к вам небольшая просьба. Не могли бы вы освидетельствовать арестованного?

– В каком смысле?– спросил доктор.

– Ну, во-первых, внешний осмотр: ссадины, синяки и прочие следы травм. Во-вторых, его душевное стояние.

– Понятно. Разумеется. А где пациент?

– Его скоро приведут, пройдемте в комнату для допросов, если не возражаете, – Альфред открыл перед октором дверь.

– Ну что ж, извольте.– Доктор кивнул и вышел из кабинета.

Отворяя дверь в допросную, Альфред про себя отметил удивительную расторопность здешней полиции: арестованный был уже доставлен и сидел за столом на табурете. Это был человек чуть выше среднего роста, лет сорока или чуть больше. Был он худощавого телосложения и с довольно резкими чертами лица. В его черных волосах и в эспаньолке кое где уже были видны седые волоски.