- Фу ты, ну и потоп, - сказал Гера, посмеиваясь. - Тебе надо переодеться, а то простынешь.
Галя отжимала волосы и уже собиралась ответить, но тут откуда-то из угла донесся голос:
- Простынет, непременно простынет...
Возле батареи сидел противный неопрятный старик и скрипел, бубнил себе под нос.
- Гера, Герасим, это ты? - вдруг позвал он. - Это ты, я узнал. Иди сюда.
- Ты кто? - брезгливо спросил подросток. Он встал, заслоняя собой девочку.
Хихикнув, старик пробормотал:
- А я жду, жду, уж надоело. Думал, не появишься.
А ты с подружкой. Что ж... жизнь идет. Ты уже взрослый... А меня, конечно, совсем не помнишь. Сколько времени прошло... Почитай, десять лет...
- Что он там бормочет? - спросила Галя. - Ты его знаешь?
- Нет! - резко ответил Гера, пристально всматриваясь в старика. Пойдем отсюда.
- А я ведь нашел тебя. - Старик поднялся и заковылял к ним. - Гера, подожди!
Они побежали по лестнице, но старик не отставал, пытаясь нагнать, откуда только взялась прыть? - и все кричал:
- Гера, сынок, постой! Гера!
6"
""".
..Курт вернется в Москву и встретит своего брата Германа там... Там же и начнется катастрофа. Что будет потом? Об этом Селена не знала. Она получила пророческие предсказания в Агарти вместе с осколком Чантаманы, но была лишь хранительницей камня, а владеть им полагалось высшим посвященным, которые могут управлять волей народов. Власть дается не каждому, и не всякий способен свершить то, что сотрясет землю и небо. Но она не только несла камень во мне, хотя звучит это странно, но носила и меня - в себе.
Под сердцем. Носила то, что должно было родиться... Такое вот дело. Иногда мне казалось, что Селена - прямая наследница Бергера, а сам мастер жив. Он исчез в мертвом мире, а потом, через несколько десятков лет, когда подошел срок, вновь появился. Такие люди, как он, не умирают, они возрождаются во времена наивысшего греха и мучений, их отпускают, чтобы они могли идти впереди войска. И они идут, зная, что их невозможно убить. Если проигрывают, то ждут нового часа. Борьба не кончается, лишь затухает.
Вот и сейчас мы возвращаемся обратно, но кому предназначен кристалл, я не знаю. Нас ждут... Везде... По всему миру... Смотрите, смотрите! Это иду я!..""
7
На улице уже бушевал такой ураган, что окно с треском распахнулось, будто разорвался снаряд, и Карину отбросило в сторону. Она ухватилась за стол и метнулась назад, чтобы закрыть окно, оно не поддавалось: дождь и ветер били в лицо, секли его, словно на Карину напал сумасшедший с бритвой.
