Потом возвращались сюда… или не возвращались… В пустыне высилось немало заброшенных городов и зданий непонятного назначения – когда-то было, потом ушло, и торчат из песка остатки глинобитных стен, когда-то здесь построенных бог знает кем и для чего. Тогда вода здесь была, была и жизнь, а сейчас только эти стены."
"Жизнь в пустыне тяжела, поэтому пустынные жители выживали, как могли. Есть возможность честно и мирно заработать – зарабатывали, привозя соль, скажем, продавая ковры и скот. Нет возможности так прокормиться – можно и разбоем заняться и работорговлей тоже.
Когда в конце девятнадцатого века туда пришла Российская империя, завоевавшая и «культурную полосу», и пустыню, – жизнь изменилась. Царские чиновники глубоко в дела территории не лезли, но вот разбой не одобряли, а работорговлю запрещали. Поэтому 1917 и 1918 годы многие восприняли как возможность возврата старых времен, когда герой – джигит, пришедший из пустыни с оружием, мог получить многое.
Так получилось у Джунаид-хана. Он был из вполне приличной и небедной семьи, занимал невысокие, но прибыльные посты, а потом увидел возможность возвыситься.
Дальше примеры из литературы без поправок на местный колорит и с ними: «Он был простой ешиботник, а когда пришел ураган, он стал ответственный работник и с портфель, и с наган». «Бери что хочешь и плати за это».
Джунаид набрал вес при дворе хивинского хана, потом отодвинул того от реального управления, потом убил хана и занял его место. Пока все было в пределах парадигмы взаимоотношения между кочевыми и оседлыми обществами.
А дальше Джунаиду предстояло проявить себя, сманеврировав между многими силами – белые, красные, недовольные его возвышением другие роды, младохивинцы, то есть люди, которые считали, что жить надо, как в двадцатом веке, а не как прежде… В итоге Джунаида из Хивы выкинули (сколько он награбил к тому моменту, автор не готов сказать), и он перешел к жизни разбойничьего предводителя в пустыне. И, как козырь в рукаве, лежал в глубине Каракумов, периодически вступая в дело.
Нет, скорее, не как козырь, а как возбудители малярии в печени, сейчас не видные, но в случае ослабления хозяина готовые проявить себя. Поэтому в неблагоприятные годы он сидел далеко, облагая налогами отдельные племена или группы в свою пользу, а периодически набираясь сил и проносясь вихрем по «культурной полосе», грабя и убивая. Потом приходила Красная Армия и вышибала его из занятых им местностей. И он уходил в пустыню, снова отращивать силы.
