Глафира осмотрела себя – м-м-м-да, ну и видок. Вся одежда заляпана пятнами совершенно определенного происхождения.
– Да, было бы неплохо переодеться, – согласилась она, оценив нанесенный ущерб.
– Ничего, – заверила ее Земцова, – мои девочки выстирают и все приведут в порядок, а я вам сейчас что-нибудь достойное найду.
– Тогда в кабинет принесите, если вам не трудно, Лена, – попросила Глаша.
– Глафира Артемовна! – окликнул ее начальственно-требовательно Грановский, но в голосе его слышалась тревога.
– Объясните, что происходит? Что случилось с актрисой Гордеевой?
– Актрисе Гордеевой стало плохо, видимо, сильное пищевое отравление, – не для него, а для всех громко спокойно и четко произнесла Глафира. – Скорее всего, съела что-то непригодное. Мы с артистами оказали ей первую помощь. Подробности я объясню вам после того, как переоденусь.
– Через пятнадцать минут в моем кабинете, – распорядился Грановский, развернулся и пошел по проходу прочь, сопровождаемый верной Зиной Осиповной.
– Спасибо, Лена, – разглядывая принесенный Земцовой в кабинет наряд, поблагодарила Глаша.
Кипельно-белая хлопковая блуза строгого кроя и к ней юбка фиолетово-голубых тонов до колен из плотного шелка, вроде бы и строгая, классический «карандаш», ан нет – с некой фривольностью – не в обтяжку, как полагается, а с тщательно скрытым глубоким запахом.
– Интересный комплект, – заметила Глафира.
– Я подумала, что будет хорошо сочетаться с вашими мокасинами.
– Благодарю, – сдержанно повторила Глаша.
И поймала себя на мысли, что уже привычно, как всякий раз при встрече с этой девушкой, поражается облику Лены – какая все же у нее интересная внешность: четкие, словно прорисованные, практически идеальные черты очень симметричного лица, что крайне редко встречается в природе. И непростой взгляд интересных, миндалевидных глаз. Вот бы кому на сцену, подумалось ей в который уж раз.
– Я хотела спросить, Глафира Артемовна, – уже взявшись за ручку двери, повернулась Лена, – что теперь будет с постановкой? Премьеру отменят?
– Ну почему же отменят.
Нет, – ответила Глаша, – будем искать замену Гордеевой, экстренным образом прогонять постановку с другой актрисой. Некоторых актрис мы и так предполагали на второй состав, многие учили текст. Так что премьера состоится.
– Это хорошо, – кивнула Лена и вышла за дверь.
– Что же это творится, Глаша? – спросил Грановский, когда Глафира села напротив него в кресло за столом.
