Больше всех в аварии пострадал спортсмен-охранник. Выбравшись из машины, стоял, нервно икая, и растирал по лицу кровь, Андреич, разобравшись с водителем, осмотрел охранника: ничего страшного. Ушибленно-рваные раны виска и правой кисти, раскрошились два гнилых зуба.
— Все равно их надо было выдирать, — сказал Андреич, обрабатывая повреждения йодом.
Охранник попытался что-то ответить и замычал от боли: оказалось, он сильно прикусил язык.
— Видишь, мудила, что ты наделал? — вздохнул Андреич, оборачиваясь к виновнику ДТП.
— Твоя машина?
— Не-а…
— Значит, хозяин заплатит. Будем ГАИ вызывать.
— А мне все по х… — ответил водитель, заваливаясь на правый бок и закрывая глаза. Голова, облачённая в засаленный «петушок», касалась колёса «газели».
Николай нервно расхохотался:
— Чисто русская заказуха! Киллер-лапотник, бля…
Андреич спустился к «волге»:
— А ничего она! Если вытащить — своим ходом пойдёт.
— Сильно помялась? — Калмычному с шоссе было не оценить масштаб повреждений.
— Починим. Новую-то все равно никто не купит. — Андреич покосился на директора.
Калмычный, произведя в уме какие-то расчёты, без особой уверенности пообещал:
— К весне две машины возьмём по бартеру. Одна вам отойдёт.
Андреич выбрался на дорогу:
— Надо что-то решать. Когда самолёт?
— Через двадцать минут.
— Значит, поступим так. Ты, — начальник охраны кивнул подчинённому, — останешься ГАИ дожидаться. Какая разница, кто был за рулём? Тем более, что этот козёл, даже когда проспится, ничего вспомнить не сможет.
Потом договоришься с каким-нибудь грузовиком, чтобы вытащили. Деньги есть?
Парень отрицательно покачал головой.
— Держи! — Андреич достал «пятисотку». — Этого хватит. А мы едем встречать… Иван Иваныч, телефончиком не разрешите воспользоваться? Вызовем дорожный патруль…
Над местом дорожно-транспортного происшествия продолжали кружиться птицы.
* * *— На меня напали.
— Кто?
— Неизвестные.
— В масках?
— Может, и в масках. Темно было. Не видно.
Акулов видел справку эксперта. Удостоверение Шурика, найденное во дворе физкультурно-оздоровительного комплекса, было признано подлинным. То, которое он предъявил Катышеву — поддельным. Фальшивка была изготовлена довольно грубо и не выдерживала мало-мальски внимательного исследования. Сазонова задержали на трое суток по подозрению в убийстве Громова. Узнав, где работают его родители, Воробьёв схватился за голову, но не стал ничего переигрывать.
