Акула пера в СССР

Дерн вырезал пластами, чтобы потом замаскировать место поисков, потихоньку разрывал лопаткой, тыкал щупом — мало ли!

За сорок минут я оказался счастливым обладателем трех консервных банок из-под немецкой тушенки, ржавого гвоздя, медной монеты неизвестной принадлежности, еще одной скобы-застежки и окислившегося ножичка без рукояти. Может быть, жутко древнего, а может, и нет.

Все находки аккуратно заворачивал в оберточную бумагу и складывал в укромном месте — подальше от стоянки. Поколупаться в артефактах, вспомнить археологическую молодость — это было в любом случае интересно.

И если заниматься этим не у себя дома, то риск минимальный. А потом можно и в музей занести, почему бы и нет?

Я успел всерьез задолбаться. Пот заливал лицо, на ладонях уже начали появляться предвестники мозолей, и в перспективе замаячил отдых, но, сделав волевое усилие, я решил закончить еще одну вешку. Место было приметное: у вросшего в землю крупного валуна. На нем имелись характерные отметины в виде вкраплений красноватой породы, похожей на пятна крови.

Взрезав лопаткой дерн, я отложил квадрат в сторону, щелчком пальца отправил в далекий полет клопа-вонючку, который облюбовал стебелек травы, и принялся орудовать щупом. Вдруг его конец наткнулся на что-то твердое, издав глухой, явно не металлический звук. Неужто оно? Сердце застучало в ритме хардбасса, я принялся рыть как сумасшедший, пока лопаточка не звякнула о нечто керамическое. Сантиметр за сантиметром я освобождал от гнета земли глиняный сосуд, и, ей-богу, руки мои колотились.

Золотая лихорадка как она есть! Ну, пусть — серебряная, но я реально весь трясся, когда та самая амфора — объемистый кувшин с двумя ручками — была очищена от слоя грунта, и я аккуратно подвел под нее полотно и, завернув со всех сторон, потащил из ямы. Тащить было тяжеловато — килограммов пять, не меньше!

Дурить не стал — утащил в палатку, вернулся, закопал яму, заложил дерном и только потом вернулся разбираться с находкой.

Горлышко амфоры было запечатано, и я расковырял его ножом, наклонил кувшин. На ткань один за другим выскользнули византийские серебряные денарии! Ладно, ладно — силиквы, века эдак шестого-седьмого, если на глазок, то есть нечто гораздо более древнее, чем эпоха викингов! Вот это находка, черт бы ее побрал! Всё-таки амфора с серебром! Несколько килограммов монет, так их и растак!

Я выскочил из палатки и изобразил нечто, напоминающее победный танец папуасов.