Акула пера в СССР

Алчность застила глаза и сделала мою память избирательной — я помнил про историю с какими-то боеприпасами во время экспедиции Богомольникова, и там тоже кто-то едва-едва не погиб, но отметал их, поскольку «здесь ведь не было боев!» «Не было боев» и «я не читал про боевые действия под Моховом» — это две разные вещи! Да и вообще, для того, чтобы какая-то взрывоопасная хреновина оказалась на обрывистом берегу Днепра, вовсе не нужно было, чтобы здесь кто-то с кем-то рубился. Кто-то пошел справить нужду под камень и посеял гранату — чем не вариант? Их тысяча, таких вариантов!

Богомольников тогда взял моду при каждом сомнительном случае вызывать саперов, у него даже одно время жили в лагере два офицера, им нравилось так проводить отпуска.

А я сунулся с суконным рылом в калашный ряд…

Хватит с меня и одной амфоры. По крайней мере, пока. Тут бы в себя прийти да живым остаться, а то мало ли — заработал сотрясение, останусь на всю жизнь контуженым! Мне хватило ума поснимать с гвоздей бинты, чтобы вешки не были такими заметными.

Нашарить их и без металлоискателя можно, но обнаружить случайно — вряд ли. Небольшую воронку от взрыва я засыпать не стал — если его слышали и обратили внимание, то прибегут и придется объяснять, что к чему. А так, хотел мусор закопать, ткнул лопатой — подорвался. Бывает! Повезло — живой.

Думал я всё это вяло, туго… По-хорошему нужно было выбираться к людям, ехать к врачу, но хотелось только одного — лечь и полежать.

А какая на хрен разница, где лежать — в палатке или дома на кровати? Правильно, тут, в палатке, воздух чистый и нервничать никто не будет.

— Алло! Алло! Соломин? Это Белозор! — я стоял в телефонной будке и закидывал в щель таксофона одну монетку за другой.

Не денарии, конечно, закидывал — копейки.

— Чего орешь, Белозор? — его голос доносился до меня как через слой ваты.

— Контузило! Я нашел кое-что, очень важное! Слышишь?

— Это ты не слышишь, горе луковое! Я всё прекрасно слышу, меня-то не контузило!

— А? Что? В Лоев приезжай, — продолжал надрывать связки я.

 — В Ло-ев! Слышишь?

— Слышу, чтоб тебя! Тебя половина отдела слышит, чудо в перьях! Что ты там опять устроил?

— Подорвался! И нашел что-то! Но я живой, приезжай в Лоев, я у музея подожду столько, сколько надо!

— У Привалова отпрошусь и приеду.