День, когда я сижу в своем кресле, а в моей голове галопом несутся встречи, тайниковые операции, безличная связь.
Я долго смотрю на короткую фразу, затем поднимаю белую телефонную трубку и, не набирая никаких цифр, спрашиваю:
— Товарищ генерал, вы не могли бы принять меня?
— До завтра подождет?
— Я уже несколько дней пытаюсь попасть к вам на прием, — это я вру, зная, что сейчас у него нет времени проверять, — но сегодня последний день.
— Как последний?
— Вернее не последний, товарищ генерал, а первый.
— Ах ты, черт.
Слушай, я сейчас не могу. Через тридцать минут зайдешь ко мне. Если кто-то будет в приемной, пошли на хрен от моего имени. Понял?
— Понял.
Через тридцать минут я доложил Навигатору маршрут следования, приемы и уловки, которыми намеревался сбить полицию со следа. Доложил все, что мне теперь известно о нем — человеке из Роты.
— Ну что ж, неплохо. Желаю удачи.
Он встал. Улыбнулся мне. И пожал руку — третий раз за четыре года.
4
Дороги забиты туристами. Я тороплюсь. Я рассчитываю попасть в гостиницу к вечеру, чтобы и этот вечер использовать для выполнения задачи.
Пять часов я гоню по автостраде. Иногда приходится подолгу стоять, когда образовываются гигантские пробки на дорогах, но как только путь освобождается, я снова гоню свою машину, не жалея ни мотора, ни шин, обгоняя всех. Когда солнце стало клониться к западу, я съехал с широкого шоссе на узкую дорогу и, не снижая скорости, погнал по ней. Из-за поворота вылетел белый ""мерседес"". Тормоза надрывно визжат. Над ним облако пыли: его на обочину вынесло.
Водитель меня ярким светом фар по глазам хлещет и зычным ревом сигнала — по ушам моим. Женщина на заднем сиденье ""мерса"" пальцем у виска крутит, внушает мне, что я ненормальный.
Зря стараетесь, мадам, я это знаю и без вас."
"Я чуть педали тормоза коснулся на повороте, отчего тормоза взвыли, протестуя, вынося мою машину на встречную полосу, тут же тормоза отпускаю, а педаль газа в пол жму, до упора. Голову на отрез — моего номера запомнить они не могли и даже рассмотреть времени не имели.
Я уже за поворотом. Я руль ухватил и не отпущу его. Если в пропасть лететь — так и тогда не отпущу. Машина моя ревет. Не нравятся машине повадки мои. На первом же перекрестке ухожу на совсем узенькую дорогу в темном лесу. По ней, по этой дороге, я долго вверх карабкаюсь, потом вниз, вниз, в горную долину. Более широкой дорога стала. По ней и пойду. Картой не пользуюсь. Местность эту я хорошо представляю да по багровому солнцу ориентируюсь.
