Алая нить

Он въехал на свободное место на стоянке и выключил мотор своего «мерседеса». Повернувшись к ней, улыбнулся.

— Ты хорошо сегодня провела время?

— Чудесно, — сонно ответила Сьерра. Она никогда не ложилась спать позже одиннадцати тридцати, а сейчас уже было почти два часа ночи. Сьерра почувствовала легкое касание его пальцев и посмотрела ему в глаза. Взгляд открыто лучился теплом и желанием. В какой-то момент она задумалась, каково это — быть любимой Роном. — Лучше я пойду домой, — сказала она тихо.

Внимательный и чуткий Рон слегка коснулся ее щеки и вышел из машины.

Обошел ее, открыл дверь и подал Сьерре руку. Они не произнесли ни слова, пока шли по дороге в сторону дома. На крыльце горел свет. Ей стало интересно, спит ли Алекс на диване? Повернувшись к Рону, она поблагодарила его за чудесный вечер.

— К твоим услугам в любое время, — сказал он, наклонился и поцеловал ее в щеку. Поблагодарив его снова, она достала ключи из расшитой бисером сумочки и открыла дверь. Оглянувшись назад, улыбнулась.

— Доброй ночи, — произнес Рон и направился к машине.

Не заглядывая в гостиную, Сьерра тихо закрыла дверь.

— Ну, как все прошло? — спросил Алекс, захлопывая дневник Мэри Кэтрин и небрежно бросая его на столик.

Она вздрогнула от звука его голоса и глухого стука тетради.

— Великолепно, — заявила она и повернулась к нему. — А как прошел твой вечер?

— Ну и отлично. — желудок ее стало сводить от напряжения, когда она посмотрела на Алекса. Он был в ярости, хотя из-за чего — она не понимала. И у нее не было никакого желания спрашивать.

 — Ладно, спасибо тебе за то, что посидел с детьми ради меня. Я ценю это.

— Прости, что так поздно.

— Ты предупреждала об этом. — Он пересек гостиную и остановился напротив нее. В то время как он вглядывался в ее лицо, небольшая морщинка на секунду легла над бровью и сделала его угрюмым. — Думаю, мне пора.

— Да, — с трудом дыша, выдавила Сьерра. — Думаю, тебе действительно пора. — Она осмотрелась. — Ты прихватил с собой куртку?

— Нет. — Его губы тронула улыбка, которая сразу же заставила ее вспомнить себя в шестнадцать лет.

Алекс все еще имел над ней власть. — Беспокоишься, как бы я не замерз по дороге между твоей и моей квартирой? Я живу всего лишь в трех шагах от тебя.

— Уверена, ты достаточно тепло одет. — Она открыла дверь. — Спокойной ночи, Алекс.

Он постоял немного на пороге и обернулся к ней.

— Он поцеловал тебя на прощание?

— На самом деле это тебя не касается, но я отвечу: он не поцеловал меня.