Алая сова Инсолье 2 (СИ)

Куда ж я денусь…

— Никуда! Это все мое! — повторила она, встрепенулась и дернулась ближе, пытаясь схватиться еще непослушными руками за мои рукава. — А сними рубашку?

— Рубашку? Не волнуйся, я не ранен. У нас вон целый штатный паладин есть с исцеляющей магией.

— Я не всесилен. — Паоло, как всегда, попытался отмазаться. Он переживал за сестру с двух шагов — как только Имран застонала, забилась, а потом все же открыла глаза, отпустил меня с ней нянчиться и не лез под руку. Это ж надо, какой у меня, оказывается, умный брат! А все потому, что мой.

— Да я вижу, что ты не ранен, — отмахнулась Элле. Потом застыла и вдруг расплылась в улыбке: — Правда вижу! Глазами! Но сейчас меня вовсе не это интересует.

— Хм? А… — Вот тут до меня дошло, что это за странные искры в глазах у моей женщины. Я даже почувствовал, как кровь приливает к ушам и щекам. Шатт! Я же побрился! Выгляжу сейчас, наверное, как нетронутый юнец на первом свидании! Но это ее пристальное разглядывание и попытки буквально испарить взглядом мою одежду по-настоящему смущали.

Тем не менее проигнорировать ее просьбу я не смог, разве что предупреждающе зыркнул на Паоло, который старался подавить смех.

И не краснел даже, гад! Где его невинная святость?! Так быстро скисла и облезла просто потому, что рядом с нами под одним одеялом полежал?! Так мы ж ничего не делали! Просто спали!

— Ну сними, тебе жалко, что ли? — между тем канючила жена.

Я посмотрел на нее чуть пристальнее и обнаружил, что она вообще странная. Помимо того, что с глазами, еще и немного как будто… пьяная? Или такое ощущение создавали ошалевшие глаза на столь родном лице.

— Угу, — вздохнул я и все же стянул с себя рубашку, даже не развязывая ворот.

— М-м-м! — восхитилась Элле, подтянулась на слабых еще руках и ткнулась носом прямо мне в живот. Шумно вздохнула и дунула в пупок.

Вот теперь и я ошалел. Во-первых, потому, что это вообще ни на что уже не похоже.

А во-вторых, я нормальный здоровый мужик! И с памятью у меня тоже все хорошо! Я помню, что она может вытворить вот этими самыми губами, когда вот так ими скользит по животу все ниже, ниже…

Да ша-а-атт! Ну не при Паоло же! Паладина вон аж подкосило, все-таки столь прилюдного прелюбодеяния он от нас еще не видел. Мы хоть приличия соблюдали!

— Так, родная.