Алая сова Инсолье (СИ)

И подождать? Вдруг он вернется?

Но Хрюша впервые не стал меня слушать, а понесся еще дальше, углубляясь по какой-то едва заметной тропинке в лес. На такой скорости стало очень трудно ориентироваться на слух и даже с помощью нити — слишком быстро мимо проносилась неизвестность. Только по тому, как эта неизвестность трещала и хлестала ветками по пологу фургона, я понимала, что мы мчимся по лесу. А если еще не опрокинулись — значит, тот намек на тропу все еще под колесами.

Спустя еще минут пятнадцать я услышала шум воды.

Речка. Хрюша привез меня к речке, как и указал спаситель. Он сюда нас направил, просто чтобы не заблудились или же чтобы самому найти потом?

Если вернется, спрошу его имя. И скажу свое: все же Имран — это точно не ругательство. Значит, можно познакомиться.

Сколько мы сидели у воды, было не совсем понятно — Хрюша заволок повозку в такую чащу, что сквозь плотные кроны я почти не чувствовала лицом солнечный свет. Но на то, чтобы распрячь друга, напоить его, собрать хворост и приготовить из найденных в тележке продуктов кашу, времени вполне хватило.

— Ну и чего ты тут встал как вкопанный? Я кому сказал — переться к хижине? Нет, мы будем героически превозмогать, жрать подножный корм, но не сделаем, как советуют умные люди. Еще и распрягла его зачем-то. Трупу так-то плевать, стягивает у него что-то или нет. Только время потратила.

— Ты вернулся? — Мне не хотелось, чтобы в моем голосе было слышно такое явное облегчение, но уж как вышло, так вышло.

— Куда б я делся. Ты та еще самоубийца, а я хотел бы чуть дольше сохранить плоды собственного нелегкого труда. Было бы обидно потратить на тебя столько времени и сил и увидеть, как на следующий же день твой трупик дрейфует вниз по течению. К тому же это моя повозка. С ней я тоже не готов за просто так распрощаться. — Последние слова сопровождались хозяйственным копошением в недрах отогнанного к краю крошечной полянки фургона. Оттуда он вынырнул с кучей подушек, одеял и еще каких-то пожитков.

— Сиди спокойно! В твоем положении, синьорита, положено отдыхать.

— Как тебя зовут? — решилась я наконец. И поправила на плечах одеяло, чему-то невольно улыбнувшись.

— Хм? Ну, допустим, Инсолье, — ответил он и уставился на меня с неожиданным напряжением — такое ощущение, словно его взгляд давил, как ветер.

— Ин-соль-е… красивое имя.