Я не вмешивалась в естественный ход жизни, просто порой чуть поправляла его и приносила облегчение там, где это было возможно."
"Очень скоро про мои целительские способности прознали и в Пустошах…
А началось с того, что однажды в ворота замка заколотил отчаянно кузнец, супружник Авдотьи.
– Госпожа Ветряна! – кричал он. – Госпожа, прошу вас! Выйдите!
Я выскочила за ворота, даже не успев одеться.
– Госпожа! – лихорадочно блестя глазами, бросился ко мне мужчина. – Прошу вас, пойдемте со мной! Авдотья… ребеночек… Она сказала, вы поможете!
– Что случилось? – испугалась я.
– Ребеночек рождается! Да не так что-то… Кажется, моя Авдотьюшка умирает…
– Скорее, едем, – сказала я, и кузнец потянул меня в седло, усадил перед собой.
Он несся так, что я всерьез опасалась, как бы лошадь не сломала себе ноги на обледеневшей дороге, но, хвала Святым старцам, все обошлось. Зато в деревню мы приехали поразительно быстро. Я влетела в дом кухарки, где уже собрались женщины – они сидели вокруг роженицы скорбным кружком.
Авдотья лежала на кровати, сравнявшись цветом лица с сероватым суконным покрывалом. Ее аура бледнела, силы уходили, истончались нити жизни. И уже завис над ней жадный сгусток Изначальной Тьмы…
Я решительно выгнала из комнаты всех посторонних, оставив лишь повитуху и Данину. Ослушаться меня не посмели. Взяла Авдотью за руку, вливая Силы, потом потянула нити, сплетая над ней защитный панцирь, не позволяя Тьме добраться до женщины.
– Что застыли? – окрикнула я повитуху. – Действуйте!
Та торопливо обнесла себя священным полусолнцем, покосилась на меня, но все же подошла к кровати и привычно положила ладони на живот роженицы, ласково приговаривая.
И через некоторое время дом огласил первый негодующий крик младенца, а его мать откинулась на подушки и сжала мне руку.
– Спасибо, – прошептала она.
Я удовлетворенно осмотрела ее ауру и прочные, сильные нити жизни, кивнула и вышла. Счастливому новоиспеченному отцу лишь улыбнулась и обрадовалась, когда увидела стоящего у порога Кайроса, а рядом – лорда Даррелла.
– Все хорошо? – встревоженно спросил Шайдер. – Как ты?
– Немножко устала. Спасибо, что приехал за мной.
Он накинул на меня теплый плащ, усадил в седло. Чуть дольше, чем нужно, задержал ладонь на моей ноге, поправляя стремя…
– Всегда приеду, – вздохнул Шайдер, направляя Кайроса к замку.
Пару дней я переживала, что в деревне начнутся волнения, и перепуганные жители Пустошей вызовут по мою душу обережников.
