– Я никогда не открывала перехлестье, – чуть виновато сказала она, – это обязанность Хозяйки, но Майира не захотела снова встречаться с вами… Надеюсь, у меня получится."
"– Не переживай, – ободряюще улыбнулся ей Шайдер, – главное, у тебя есть ключ, а он сам знает, как открыть вход. Тебе нужно просто разрешить ему это.
Солмея кивнула и внимательно посмотрела на ракушку. Над берегом закрутился клубок Силы.
– Пусть Вечность будет добра к вам, – прошептала сирена на прощание, и мы вошли в перехлестье.
***И попали в ночь.
Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы глаза привыкли к темноте и стали хоть что-нибудь различать.
Первое впечатление – поле. Огромное поле, на котором мягко колышется трава и белеют цветы. Оно простирается всюду, насколько хватает взгляда, и не видно ни живых существ, ни построек. На небе тускло сияют звезды и ярко – луна. Под ее голубым светом длинные тени кажутся живыми.
Вот только откуда тени? Что их отбрасывает?
Тихий шорох за моей спиной. Когда я обернулась, Арххаррион уже держал в руках свои клинки.
Мужчины настороженно осматривали безмятежное поле, на котором мягко перекатывались тени.
– Мы в Долине Забвения? – прошептала я, словно боясь, что меня услышат чужие уши.
Арххаррион кивнул.
– Ты слышишь кого-нибудь? – спросил он.
Я поняла, что демон имеет в виду мой внутренний слух, и прислушалась.
– Нет, – ответила я все так же тихо, – только шум, словно от воды.
– Это щит, – буркнул Шайдер. – Не нравится мне здесь.
Арххаррион хмыкнул.
– Надо найти этих Безликих, – сказала я.
– Еще бы знать, в каком направлении двигаться.
– Давайте уже хоть в каком-нибудь, – произнес Данила, с беспокойством рассматривая застывшее лицо Ксени.
А я с изумлением посмотрела на легкий пар, шедший изо рта Данилы, когда он говорил.
– Холодает, – прошептала я.
И правда, волны травы на наших глазах покрылись инеем и заледенели, густой зябкий воздух окутал нас. Налетел ветер – колючий, злой.
– Что происходит? – стуча зубами, спросил Данила.
Трава осыпалась белыми льдинками, а по земле зазмеилась белесая поземка, окружая нас кольцами.
Воздух остыл еще больше, я уже тряслась в ознобе, а ноги в сапогах стали ледышками. За несколько мгновений поле превратилось в необозримую заснеженную пустошь, по которой со свистом гулял ветер. И становилось все холоднее.
– Да мы тут околеем… – протянул Данила, прижимая к себе Ксеньку замерзшими руками.
– Это все иллюзия, – вдруг выдал Арххаррион. Шайдер кивнул.
– Как иллюзия? – изумилась я.
