– А я тебе говорю, что мессир маршал будет стягивать всех свободных рыцарей из южных замков Терм и Лаграс для атаки на Кастр! Мне сегодня это мой рыцарь сказал по секрету! – Кричал первый конюший, его короткая кожаная кота была расшита красными и белыми цветами герба его хозяина.
– Ерунда все это! – Не соглашался с ним второй конюший, высокий и худой парень, одетый в кожаный короткий гамбезон, проклепанный бронзовыми бляхами. – Это просто глупость несусветная! Оголять южные замки и бросаться сломя голову на город и крепость Кастр – это самоубийство!.
.
– Не наше дело обсуждать решения наших хозяев и благородного маршала! – Попытался урезонить их третий конюший, он был уже немолод, наполовину лыс и хромал на правую ногу, одет был в грубой выделки кожаную безрукавку, из-под которой выглядывала кольчуга с короткими рукавами едва прикрывавшими локти старика. Но его боевой вид – кинжал и короткий меч висели на поясе, говорил о большом опыте старого воина. – Наше дело содержать в чистоте и исправности коней, а не рассуждать! Наше дело связывать пленных сеньоров рыцарей и увозить их с места боя! Наше дело, в конце концов, помогать при штурме или обороне замка! Заткнитесь, олухи! Иначе, чего доброго, мессир коннетабль услышат ваши речи и прикажет высечь нас всех!.
.
– Огюст! Вечно ты ворчишь! – Набросились на него конюшие. – Мы тоже имеем право на мысли!..
– Вы имеете только одно право, бараны безмозглые! Молчать и умирать за своего хозяина в бою!.
. – Старый Огюст развернулся, плюнул им под ноги и пошел перековывать гнедого декстриера своего рыцаря.
Маршал удовлетворенно вздохнул, улыбнулся и тихо закрыл окно, погрузившись в свои раздумья.
«Кто же, этот гад? – Думал Ги, ходя по комнате. – Кто?»
Он хлопнул себя по лбу и крикнул:
– Конечно! Как же я сразу не понял!..
Потом, маршал испугался, что его могут услышать посторонние уши, замолк и решил:
«Штаб графа, канцелярия и начальники тылового снабжения и обеспечения войск….
С них мы и начнем!»
Маршал подумал, было, о местных девушках и женщинах из числа благородных сеньор, оставшихся без крова или потерявших его во время войны, но эта мысль показалась ему глупой и несуразной.
«Женщина? Вряд ли… – кивнул сам себе Ги. – Женщина-шпион? Глупость. Бред. Ерунда…»
XII ГЛАВА. Первый улов принес какую-то мелочь
.
Каркассон. 3 июля 1221 года.
Прошел месяц с момента прибытия небольшой армии крестоносцев в Каркассон.
