Александра - наказание господне
Онлайн-библиотека книг
Рассказы о поездках отца и дяди Павла в ночное, о походах на рыбалку с приключениями всегда вызывали у мальчиков живой интерес. Все истории они давно знали наизусть, и стоило Павлу запнуться или пропустить эпизод из летописи детских похождений князя Адашева, как дети тут же замечали это. Слезы на глазах у них уже высохли. Мальчики улыбались, и ничего более Павлу было не нужно. Он машинально продолжал рассказывать свои побаски, как называла их нянька, а мысли его вновь возвратились к сегодняшним событиям. И неожиданно для себя он вдруг спросил:
– Сознайся, Андрей, ты где такого здорового паука отыскал или специально его выкормил?
Мальчик смущенно улыбнулся, а брат пояснил:
– Он у нас в коробке с самого лета жил, сначала боялся, ничего не ел, а потом привык.
– Ничего, сейчас ваш Иннокентий где-нибудь в паучьем раю отдыхает. А уж мух там, наверно, комаров всяких видимо-невидимо!.
Братья рассмеялись, но потом Андрей опять помрачнел и отвернулся к стене. Павел погладил его по голове:
– Придется смириться, Андрюша! Рано или поздно отец ваш все равно женится.
Мальчик, повернувшись к нему, сел на постели.
– Дядя Павел, как вы думаете, папенька нас очень любит?
– Без всякого сомнения.
– Вы думаете, он позволит нам самим вы брать себе маменьку?
Верменич поперхнулся от неожиданности.
Илья, воспользовавшись его замешательством, соскочил с кровати и в ночной сорочке, босиком пробежал до стенного шкафа с верхней одеждой.
– Возьмите, дядя Павел! Здесь почти пятьдесят рублей...
– О, Боже! – удивился Верменич. – Зачем мне ваши деньги! Вы их на что-то копили?
Андрей, перехватив руку брата, вынул из копилки несколько синих и красных ассигнаций.
– Мы вас очень просим купить в городе для мадемуазель Александры самое красивое платье! – Не по-детски серьезно посмотрел на него и добавил: – Красивее, чем у баронессы!
– Вы что же такое задумали? – Верменич с удивлением уставился на измятые бумажки.
– Мы хотим просить папу, чтобы он выбрал мадемуазель Александру нашей маменькой, – пояснил Ильюшка. – Она добрая и нас любит.
– И что же, никогда даже не наказывает? – Верменич окончательно был сбит с толку.
– Почему же, – смутился малыш, – наказывает...