Столько вопросов требовали своих ответов, столько проблем предстояло решить…
— Саша, Глеб Александрович велел передать, что завтра у нас будут гости. Он рассчитывает, что ты поможешь ему встретить их, в качестве хозяйки.
— Алексей Николаевич, а это обязательно?
— Боюсь, что да, — усмехнулся Метельский, — все-таки, прием в твою честь.
— С чего бы это? — удивилась Саша.
— Глеб решил представить всем свою жену, так что, готовься, теперь часто придется бывать на приемах и вечеринках.
— Мое мнение, как всегда, не имеет значения? — иронично уточнила Александра.
— Правильно понимаешь, — ухмыльнулся Алекс, но тут же посерьезнел и добавил, — не вздумай перечить Оборскому, или выкинуть какой-нибудь фокус. Он этого не простит. Не испытывай его терпение.
— Не извольте беспокоиться, Алексей Николаевич, — съязвила Саша, — мы свое место знаем-с.
— Дура, ты, Сашка, — не выдержал Метельский, — ничего вокруг из-за своей обиды не видишь. Такой мужик пропадает, а ты все нос воротишь.
— А мы люди простые, неученые, куда уж нам до местных аристократов? — усмехнулась Александра, — извините-с, манерам не обучены, не сумели оценить благодеяния барина.
Алекс ничего не ответил, только головой покачал и вышел из комнаты.
Спустя несколько минут, дверь приоткрылась, и в спальню бесшумно проскользнул Тоха.
— Нагулялся? — спросила его Саша.
Волк преданно уставился на хозяйку.
— Иди сюда, разбойник, — позвала его девушка, и Тошка мгновенно оказался рядом.
— Тише ты, зверюга, — засмеялась Саша, — вроде бы взрослый уже, а ведешь себя, как щенок.
Ну, хватит, Тош, — девушка смеялась и пыталась скинуть с себя тяжелые лапы.
Оборский, проходя мимо комнаты Александры, замер и недоверчиво прислушался. Смех. Веселый, звонкий смех. Глеб еще ни разу не слышал, чтобы его жена так смеялась. Хотя, при нем она вообще никогда не смеялась… Донесшаяся из спальни возня все объяснила — Тошка. Конечно же. Только со своим любимцем Саша ведет себя столь раскованно. Зверь Оборского тихонько заскулил внутри. Он устал от постоянного одиночества и холода, волку было тоскливо без своей пары.
«Молчи! — прикрикнул на него Глеб. — Не до тебя сейчас!»
Зверь покорно затих и растворился, а Оборский прошел мимо комнаты жены, стараясь не обращать внимания на тяжело бьющееся сердце.
— Тамара, подготовьте дом к завтрашнему приему. Стол — на двадцать персон, пять гостевых комнат для тех, кто решит остаться, меню согласуешь с хозяйкой, — Глеб зашел на кухню, где суетились кухарка и ее помощница.
