Спустя некоторое время, чета Оборских покинула особняк, чтобы появиться на приеме, устроенном губернатором одного из значимых регионов. Политика. Неотъемлемая часть существования оборотней. Необходимость контролировать происходящее вокруг и желание «держать руку на пульсе» заставляли их проникать во все сферы общества — политические, силовые, криминальные. Мало кто знал, что нынешний прием — всего лишь ширма, за которой будут решаться очередные вопросы не привыкшей афишировать себя расы. Большинство приглашенных даже не подозревали о подоплеке банкета.
Гости губернатора толпились в фойе, бродили по коридорам огромного 'Атолл-Холла', заглядывали в лобби-бар и пропускали стаканчик-другой бесплатного виски… И пребывали в блаженном неведении относительно того, кто находится с ними рядом.
Саша с интересом оглядывалась вокруг. Новые люди, новые лица… Оборотней среди них мало. Девушка научилась отличать представителей иного вида — чуть выше рост, чуть более хищные улыбки, особый, редкий цвет глаз, красота и гибкая грация, привычка незаметно принюхиваться и липкое внимание противоположного пола…
— Глеб Александрович, — возле супругов появился юркий, невысокий мужчина, — не забудьте остаться после фуршета.
Владимир Андреевич хочет с вами поговорить.
— Хорошо, — кивнул Оборский, и неприметный товарищ тут же растворился в толпе.
— Саш, пойдем, — Глеб потянул за собой жену.
Они прошли в банкетный зал и присоединились к разодетой публике. Саша невольно сравнивала присутствующих на приеме людей с оборотнями, посещающими усадьбу.
Разительный контраст. А какое раздолье для наблюдательного зрителя! Полные, обрюзгшие мужчины, наделенные властью; помощники руководителей, не всегда являющиеся только помощниками, или помощницами, девочки из эскорта, пожилые дамы в безвкусных нарядах, супружеские пары, одинокие женщины, молодящиеся старички… Палитра на любой вкус.
Александра держалась рядом с Глебом и наблюдала. Перехватывала заинтересованные взгляды мужчин, неприязненные — женщин, видела, как искательницы богатого кошелька пожирают глазами Оборского, и ее начинало тошнить.
От всеобщей фальши и продажности. От призраков прошлого…
— Саш, все нормально? — обеспокоенно повернулся к ней муж.
— Да, не волнуйся, — отозвалась она.
— Потерпи, уже недолго осталось. Мне только с Кремневым поговорить, и мы уедем."
"— Не переживай, со мной все хорошо, — покривила душой Александра. Хорошо не было. Ей было душно, неуютно, молоко распирало грудь и ужасно хотелось к детям.
