Глава 24
— Сашенька…
— Глеб…
— Любимая моя… Господи, как же я соскучился по тебе…
— Я люблю тебя…
— Скажи это еще раз…
— Я люблю тебя… Люблю… Мой несносный, ненасытный оборотень…
Жаркий шепот раздавался в тишине спальни. Время давно перевалило за полночь, а супруги никак не могли насытиться друг другом.
Их близость приобрела совсем другой оттенок. Страсть, нежность, чувственность и…доверие. Пали последние оковы сдержанности, ушли недомолвки и сомнения, исчезли обиды и непонимания. Мужчина и его женщина. Они были вместе, они были неразделимы, они были единым целым.
Эта ночь стала для супругов откровением, позволив им почувствовать, всю глубину чувств друг друга.
— Глеб, прости меня за те слова… Я не хотела…
— Тшш… Тихо… Не нужно об этом…
— Но я должна объяснить…
— Саш, ты ничего мне не должна. Все. Забудь обо всем, что было.
Глеб проложил дорожку поцелуев от маленького ушка жены к чувствительному местечку в основании шеи.
— Гле-е-еб, — раздался протяжный стон.
— Вот, такие разговоры мне нравятся гораздо больше… — довольно прошептал Оборский и удвоил усилия.
Хриплые стоны, срывающиеся с губ жены, участились, и он, победно рыкнув, стал спускаться ниже, заставляя Сашу призывно изгибаться в его объятиях.
Уже гораздо позже, насытившись друг другом, они обессиленно лежали рядом и просто наслаждались спокойным отдыхом. Рука мужчины запуталась в рыжих локонах жены, а Александра положила ладонь на грудь мужа, чувствуя, как размеренно бьется его сердце.
Идиллию нарушило тихое кряхтение. Тема.
Он всегда объявлял побудку первым. Спустя пару минут, завозилась и Катерина, торопясь вслед за братом потребовать свою порцию внимания. Саша хмыкнула и попыталась встать с постели, но Глеб опередил ее. Одним гибким движением соскользнув с кровати, он подхватил малышей на руки и уложил их рядом с женой. Двойняшки мгновенно замолчали, стоило им только почувствовать, что мама рядом. Беззубые улыбки расцвели на довольных мордахах, заставляя Сашу улыбнуться в ответ. Маленькие хитрецы. Они всеми силами стремились туда, где им было хорошо — в объятия любимых рук.
Дети синхронно потянулись и попытались сдвинуться с места. Крошечные кулачки мельтешили в поисках опоры, прозрачные янтарные глазки сонно моргали, два настойчивых ротика тянулись к желанному теплу, пока не уткнулись в мягкую мамину грудь. Александра покормила малышей, а потом, подвинув к себе Катю, кивнула мужу на сына. Глеб улыбнулся и аккуратно устроился на другой половине кровати, прижав к себе Тему.
