Иногда ободряюще улыбался, несколько раз сочувствующе прикоснулся к руке, а, в самый трудный момент, не смог удержаться и смахнул появившуюся слезинку, но, тут же яростно вытер глаза, пробормотав что-то о попавшей соринке.
Саша говорила и чувствовала, как выходит из души вся боль, обида и ненависть, что скопились со времен той страшной ночи. Внимательный и добрый взгляд профессора помогал ей, ободряя и утешая, даря надежду и понимание. Одиночество, которое мучило ее, не давая возможности выговориться, выплеснуть свои страхи, довериться и рассказать хоть кому-то о том, что произошло… Только сейчас Александра поняла, как нуждалась в подобном разговоре.
Она так устала держать все в себе…
Наконец, обессиленная Саша откинулась на спинку кресла и замолчала.
— Давайте-ка, я помогу вам прилечь, — ласково обратился к ней Николсон.
Он поддержал девушку под локоть и помог ей перебраться на кровать.
— А теперь, я вас осмотрю, и мы продумаем план лечения.
Александра с надеждой посмотрела на врача. Неужели, он сможет ей помочь?
После осмотра, профессор ободряюще улыбнулся Саше и провел рукой по ее волосам.
— Не переживайте, деточка, все у вас будет хорошо. Я вам обещаю.
— А мои дети?
— О, а с ними и подавно!
— Вы уверены, доктор? — Александра всматривалась в лицо врача, пытаясь понять, действительно ли он так думает.
— Все будет в порядке. И с вами, и с детьми. Правда, для этого придется немного постараться.
Пойду, поговорю с вашим… э… с мистером Оборски, а вы пока отдыхайте.
Еще раз, улыбнувшись девушке, он вышел из комнаты.
Глеб ждал его в коридоре.
— Ну, что, доктор? — с надеждой подался он к Николсону, стоило тому выйти из Сашиной спальни.
Старый профессор задумчиво посмотрел на мужчину и поправил очки.
— Ах, да, простите, — опомнился Оборский, — пройдемте в кабинет, там и поговорим.
Он приглашающе указал рукой на открытую дверь.
Усадив гостя в кресло, Глеб устроился напротив и приготовился слушать.
Николсон говорил долго. Он высказал свое мнение о состоянии больной на сегодняшний день, сделал прогноз на будущее и описал возможные сложности, с которыми им придется столкнуться."
"С каждым словом профессора, Оборский все больше мрачнел. Он понимал одно — то, что рассказывает Николсон… Сколько раз он уже слышал подобное от Нелидова.
