Аленький цветочек

Борис и Глеб кивнули с готовностью матёрых котов, завидевших мышь, Виринея, на чьи колени «резвый мальчонка» почти осмелился посягнуть в самолёте, мстительно усмехнулась. А с неба в это время донёсся басовитый, уверенный гул, и на посадку начал заходить «Геркулес» – американская транспортная машина «С-130».

– Ну вот и они, явились не запылились. – Скудин отпустил Эдика и едва удержался, чтобы машинально не вытереть руку о штаны. – Кстати, Лев Поликарпович, Грин вчера звонил. Обещал, что с транспортом проблем не будет.

Встречающих в аэропорту было немного, да и те вели себя как-то странно, жались по углам, словно боялись чего. Зато в самом центре зала красовался бравый старший прапорщик, с залихватскими рыжими усами, с погонами «микрогемералполковника» и выпущенным из-под фуражки знаком воинской наглости – чубом многократно описанного у классиков пшеничного цвета. В руках гвардеец держал фанерный щит, на котором жирно значилось суриком: «Подполковник Скудин!» Чем так страшен был этот щит и державший его человек, выяснилось сразу, как только фанерка оказалась опущена.

На обратной стороне её зловеще выделялся черно-жёлтый знак радиационной угрозы и убийственно краснела надпись: «Зона повышенной опасности! Находиться без средств индивидуальной защиты категорически воспрещается!»

Нахмурившись, Иван подошел к «микрогенералполковнику», и тот сразу широко заулыбался, просто засиял от радости, будто встретил давнишнего кореша.

– Разрешите представиться, старший прапорщик Василий Грызлов! Приказано вас встретить и доставить! А также отдаться в полное ваше распоряжение! Докладываю: техника укомплектована, баки под завязку, личный состав в полной боевой.

Как товарищ генерал-майор и приказывали.

«Полный порядок, – отчего-то устало подумал Иван. – Кони стоят пьяные, хлопцы запряжённые…»

– Товарищ генерал-майор, значит, приказывали? – И он протянул Грызлову руку, здороваясь. Тот приткнул к стене свою зловещую вывеску и тотчас подхватил под локоток Эдика: юноша двигался точно зомби, сиречь оживший мертвец.

Сошедший с плаката из тех, что некогда соседствовали с радиационными значками в кабинетах гражданской обороны. Василий мотнул чубом в сторону выхода:

– Ничего, пацан, ничего, ща встряхнёшься. Машина – зверь. Ласточка…

Ласточка была ещё та. Камуфляжного окраса, средне-бронированная: БТР-60. На левом борту значилось: «Дежурный ВАИ», на правом – «Специальная комендатуры». На пулемётной башне гордо реял российский триколор. Знай наших.