Аленький цветочек

Вид его не предвещал ничего хорошего, однако же отец Браун уговорам не внял и безразлично улыбнулся в ответ:

– Наркота, брат, есть отрава антихристова, соблазн дьявольский, богопротивный промысел адский, благословлением ангельским нашей – братией неприемлемый. И поелику богомерзкие промыслы не нашли пристанища в душах наших, то и каяться истово не в чем нам, только лишь уповать на волю Господа нашего, на животворящую длань Его, да на благословение непорочной Приснодевы нашей, в духе зачавшей искупителя всеземного, распятого во славу Свою про…

Он не договорил.

Мерзкое настроение, начавшее одолевать Ивана ещё в райцентре, возле выложенных на продажу туш невинно убиенных зверей, наконец-таки нашло выход. «Вот тебе животворящая длань!» В мгновение ока отец Браун огрёб прямой в челюсть, боковой в селезёнку и апперкот в печень. Могучий негр икнул, скрючился, схватился за живот и рухнул на землю. «А вот и благословение непорочное…» Сунувшийся было брат Хулио получил с разворота в сопатку и, сразу загрустив, утратил темп. Тут в дело включились остальные братья, сбежавшиеся на шум. «Богопротивный, значит, промысел адский?» Инициатива стала было переходить к американской стороне, но ненадолго. На выручку Кудеяру уже летели святые угодники Борис и Глеб, последним на поле брани примчался Гринберг – и кинулся в бой с молодецким кличем:

– Азохенвей!!! Вперёд, славяне!!!

И закипело во всю ширь достославное мужское действо. Только надо сразу учесть, что мужички-то были всё непростые, тренированные, профессионалы, проще говоря.

Сразу выяснилось, что брат Хулио предпочитает ортодоксальное карате, брат Бенджамин более склонен к джиу-джитсу, а брат Родригес с братом Марио вполне прилично практикуют кэмпо. Сам отец Браун, оклемавшись и тряхнув головой, начал демонстрировать отличный бокс плюс хорошо поставленную технику савата, серые глаза метали гневные молнии. С ближних ёлок мигом удрали любопытные белки – заокеанская ругань пополам с русским матом сотрясала небеса.

Наши уступали числом, уж это как водится.

Но…

Сколько Матросовых было у нас во время войны? А сколько у них? Говорят, один-разъединственный. Вот то-то и оно. Вот в чём суть. А уж никак не в количестве.

– Лева, они таки поубивают все друг друга! – Шихман толкнул локтем Звягинцева, на его лице смешались отвращение и испуг. – Ну почему там, где русские, всегда бардак и драка?

И он указал на Гринберга – тот умело охаживал кулаками начавшего гнуться брата Бенджамина.