Аленький цветочек

Вот Глеб аккуратно отцепил от своего рукава повисшую на нём Виринею, отставил брыкающуюся девушку в сторону и легонько встряхнул:

– Без истерик, гражданочка! Хищение ценного научного оборудования. Явно с целью передачи враждебным разведывательным организациям…

Стратегическая ценность древнего и к тому же горелого трансформатора была понятна, что называется, даже ежу. Альберт перестал вырываться у сграбаставшего его Монохорда и прислушался.

– По факту данного преступления, – тоном сталинского следователя продолжал Глеб, – несомненно будет возбуждено уголовное дело по статье «государственная измена».

Всем присутствующим предлагаю выполнить гражданский долг и записаться в свидетели…

– Сатрапы!.. – вздёрнула подбородок Виринея. Она смутно помнила, будто когда-то был вроде фильм, не то спектакль, названный её именем, – про казнённую революционерку.

– Всех не перевешаете, – включился Алик. И гордо выпрямился, насколько позволяли заломленные за спину руки. Монохорд скроил жуткую рожу и сделал вид, что вот сейчас согнёт его в бараний рог.

– НАТО за нас отомстит… – просипел с пола «государственный изменник».

Другие сотрудники, остолбенело взиравшие на зверское задержание, постепенно пришли в себя, поняли, что происходит, и начали откровенно прикалываться.

– Болтун – находка для шпиона! – провозгласил молодой лаборант.

– Сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст, – вспомнил молодость его седовласый руководитель.

– Мы сдали того фраера войскам энкавэдэ, с тех пор его по тюрьмам я не встречал нигде!.

. – неожиданным басом пропела уборщица тётя Паня.

Дело определённо шло к тому, чтобы звягинцевская молодёжь прогулялась-таки за коньяком – да и «уговорила» его после работы совместно с охраной… Увы! Вмешался, и очень некстати, Его Величество Случай. В лице замдиректора по общим вопросам Андрея Александровича Кадлеца, которого чёрт занёс к проходной именно в этот момент.

Его фамилия имела ударение на первом слоге (о чём сам он не забывал бескомпромиссно напоминать окружающим), но, естественно, давала сотрудникам «Гипертеха» обильную пищу для лукавой фантазии.

Андрей Александрович обладал ровно той внешностью, которую, думая о хозяйственном руководителе застойных времён, воображала себе Рита-Поганка. Этакий монолит, насмерть вросший в негнущийся официальный костюм. Плюс неразлучный «совершенно секретного» вида импортный кейс с цифровыми замочками.