Алёнушка

Изабелла захлопнула холодильник, ловко взяла старенький заварочный чайник, ополоснула его кипятком, насыпала заварки из банки, стоящей на небольшой полочке, немного налила кипятка и повернулась к Алене:

– Садись, чего стоишь? Я чай заварю, а ты слушай. Ты идешь работать к Барышникову…

– Вы опять за свое? – Алена, уже успевшая сесть, подскочила. – Я не собираюсь ни у кого ничего воровать!

– До конца дослушай, – нахмурилась Изабелла.

Взяв чайник, она долила в него кипяток, а потом аккуратно поставила его на подставку, стоявшую на столе.

Алена вздрогнула, внезапно осознав, что впервые со смерти мамы о ней кто-то позаботился. И тут же отогнала от себя эти мысли – что за ненужная сентиментальность? Эта женщина с менталитетом нильского крокодила не способна ни о ком заботиться, кроме себя самой. Да, может, она вообще хочет воспользоваться Аленой, чтобы вернуть утраченное? От такой всего можно ожидать. Изабелла тем временем налила чай в чашку и пододвинула ее к Алене.

– В понедельник ты выходишь на работу к Барышникову, – совершенно спокойно продолжила она.

– Что? – Алена открыла рот да так и забыла его закрыть.

– У вас что, проблемы со слухом семейные?

– Нет… в смысле… что значит «выходишь на работу к Барышникову»?

– То и значит. Я видела твои рисунки, ты талантливый художник, и модельер из тебя прекрасный может получиться. Кстати, почему ты не стала обучаться этой профессии?

– Мама считала, что это бесперспективно, – честно ответила Алена, внезапно чувствуя вселенскую усталость.

– Еще мама наверняка тебе рассказывала, что хорошие девочки ни с кем не спорят, рано выходят замуж, ценят семейное тепло и уют, как венец женской жизнедеятельности.

Они – это шея, вертящая головой мужа.

– Откуда вы…

Глаза Изабеллы снова блеснули, и она ответила на незаданный вопрос:

– Основной жизненной целью твоей матери было стать максимально непохожей на меня. Так что догадаться нетрудно. Но мы сейчас не об этом. Ты пойдешь работать к Барышникову в ателье стажером. Познакомишься с ним, и будем действовать по обстоятельствам.

– Я не буду ничего красть, – снова отрезала Алена."

"– Да ты и не сможешь, – фыркнула Изабелла. – Ты, главное, с ним познакомься, а потом мы найдем другой способ достать эту злосчастную картину.

– Мы? – не поверила своим ушам Алена.

Вместо ответа Изабелла закатила глаза, а Алена тут же начала оправдываться.

– Я вас услышала, но зачем… зачем вам это?

– Девочка моя, я знаю, что ты считаешь меня бессердечной дрянью с менталитетом крокодила.