Альфа для строптивой

Прошло не больше трех минут, когда я со срывающимся с губ протяжным стоном грубо впилась мужчине в рот, приглушая звуки освобождения. Обычно я себя не слишком сдерживала. Но сегодня был особенный день. Многолюдный. Я могла предаваться разврату в собственном кабинете, но это вовсе не означало, что мне хотелось, чтобы об этом узнали."

"Несколько работников из членов моей команды являлись оборотнями. Они, безусловно, поймут по запаху то, что только что случилось в кабинете. Но остальным знать не полагалось.

Чуть отдышавшись, Лукрецкий пристально уставился мне в глаза и нарочито медленно облизнул искусанные губы.

Опять я сделала это. Опять прокусила ему губу до крови. Только в этот раз ненамеренно, так получилось. Впрочем, кажется, он ничего против не имел. Я почти каждый день оставляла на мужчине легкие увечья, которые заживали на нем практически мгновенно. Мне нравилось кусать и царапать его. Усмехнулась я, усмехнулся он. Кажется, мы оба остались весьма довольны произошедшим.

Альфа отстранился и стал поправлять одежду.

Я тоже спрыгнула с рабочего со стола и стала оглядываться по сторонам в поисках трусиков, которые куда-то отшвырнул несносный оборотень.

- Ты это ищешь? - Лукрецкий извлек из кармана маленькие кружевные черные трусики и покачал ими в воздухе.

- То, что ты сказал... - я застегнула несколько пуговичек на блузке и разгладила пышную юбку.

- А что я сказал? - хмыкнул он.

- Что любишь меня, - казалось, что попала в какой-то сюр. Казалось, что просто ослышалась. Поверить не могла, что такой, как он, мог легко признаться в любви.

Возможно, слова вырвались сами собой под влиянием момента. Хотя оборотень остановился и вроде бы отдавал себе отчет в собственных действиях. Но мне все равно не верилось, что он так просто повторит то, что сказал несколько минут назад. А для меня по какой-то неведомой причине очень важным было его признание, сказанное не в порыве страсти.

Между делом, приблизилась к мужчине и отобрала интимную часть своего гардероба. Он не возражал.

- Люблю, Влада.

Очень сильно, люблю, - оборотень дождался, когда я закончу одеваться, и развернул за плечи к себе. - Никогда не думал, что способен на такие чувства. Но то, что я к тебе испытываю, сильнее страсти и глубже привязанности. Это чувство никак не зависит от нашей парности, оно делает ее лишь ярче и насыщеннее. Раньше я был зависим от тебя лишь физически, теперь завишу эмоционально.

Лукрецкий замолчал и выжидательно смотрел на меня, словно, чего-то ожидая в ответ.