Альфа для строптивой

- Ага, - беззаботно отозвалась, принимая вызов. - Да. Да, Михаил Леонидович, я свободна. Давайте через полчаса. Да, знаю. До встречи.

- Зачем ты меня провоцируешь?

- А зачем ты задаешь глупые вопросы?

- Туше, - признал оборотень.

Я спокойно доедала киш, когда вспомнила, о чем хотела спросить.

- Ян, а что с организацией.

- Она перестала существовать.

- Как?

- Влада, это не то место, где стоит обсуждать подобные вещи. Могу лишь сказать, что зачистили под корень.

- О-о, - это кажется, означало, что все мертвы.

- А Лапин? - поинтересовалась. Меня уже не волновала судьба бывшего мужа, но смерти ему не желала. Как-никак когда-то считала себя счастливой женщиной.

- Мертв.

- Понятно.

- Поговорим о чем-нибудь приятном. Когда ты решила, что влюблена? - усмехнулась.

- Давно. Прошло несколько недель с момента моего переезда. В одну из ночей, когда ты развлекался, а я не могла заснуть неожиданно поняла, отчего мне так больно и плохо.

- Ох, Влада. Зря я спросил.

Лукрецкий опять не стал спорить, когда мне захотелось воспользоваться собственной машиной.

Лишь уточнил, куда дела его подарок.

- Почему? - поинтересовался он, когда рассказала о судьбе черного дорожного монстра.

- Он мне не нравился.

- Почему сразу не сказала?

- Я говорила, что мне не нравится. Ты не услышал.

- Я сожалею, - повинился Лукрецкий. А я снова подумала о том, что мужчина очень изменился.

Михаил Леонидович ожидал нас около одного из купеческих особняков, сохранившихся в нашей городе. Если в доме проводился капитальный ремонт, отличное вложение средств.

Только вот сам господин Лаврентьев мне не понравился. У мужчины бегали глазки, он постоянно отводил взгляд. А это плохой, очень плохой знак.

Только вот к помещению придраться не могла. Отличный свежий ремонт. То, что нужно, для галереи. Документы я изучила еще вчера днем и почти согласилась их подписать.

- Упс! - демонстративно громко произнес оборотень.

Я прошла в соседнюю комнату и застыла. Лукрецкий стоял и нагло ковырял в стене пальцем.

Уже отковырял приличный кусок штукатурки, полагаю, не без помощи когтей. Под свежим слоем штукатурки была заметна черная плесень.

- Что вы делаете?! - налетел на оборотня Михаил Леонидович.

- Ничего, - Лукрецкий поднял вверх руки, словно, сдаваясь.

Риелтор пытался прикрыть собой довольно объемный кусок испорченный стены.

- Извините, ваше предложение нам не подходит, - быстро сориентировалась, хватая оборотня за руку и вытаскивая на улицу.