Бросив недоумевающую Иру на лестнице, Семен ринулся в кабинет и там, еле живой от гнева, прочел любовные письма. Почерк жены он великолепно знал. Каждое послание супруги заканчивалось фразой «Милый, верни мне письмо». Наташа явно не хотела оставлять на руках у любовника какие-либо свидетельства своей неверности. Тот же оказался не настолько осмотрителен. Он засыпал Наташу записками самого откровенного содержания, впрочем, она тоже не осталась в долгу. Без всякого стеснения Наташа живописала свои ощущения от страстных объятий.
Больше всего Сеню взбесила фраза: «Мой муж – урод и кабан. Никогда в жизни я не получила от него никакого удовлетворения. Разве можно сравнить это сопящее, ничего не умеющее в постели чудовище с тобой, мой сладкий».
Вы можете себе представить, какой скандал разгорелся в доме? Не дай бог вам когда-нибудь стать участником подобного.
Наташа, естественно, отрицала все. Но кто бы ей поверил? Доказательства неверности были налицо, жена спрятала их в таком месте, куда гарантированно никогда не полезет муж.
– Милый, – рыдала Наташа, – ну подумай, зачем бы мне хранить эту гадость?"
"– Ты дура, – вопил Семен, – небось, когда меня тут не было, перечитывала и балдела, сука! Вон из моего дома.
Как все закончилось, вы знаете. Наташа покончила с собой. Семен не простил жену даже за порогом могилы. Более того, он упорно говорил приятелям, выражавшим удивление по поводу отсутствия Наташи: «Она уехала за границу лечиться!»
Семен не мог допустить даже намека на то, что у него в жизни возникли какие-то сложности.
Наташу похоронили почти тайно, без церковного отпевания, что, в общем-то, объяснимо, Ире и Кате было запрещено, во-первых, упоминать вслух имя Наталии, во-вторых, рассказывать кому-либо о ее смерти.
– Он просто с ума сошел, – вздыхала Фира, – даже мне пытался условия ставить. Но я просто перестала появляться в их доме.
Через несколько месяцев после трагической кончины подруги Фира позвонила Кате, чтобы поздравить ту с днем рождения, и узнала еще одну ужасную новость.
Катя стала употреблять наркотики и сейчас находится в клинике, где ее пытаются снять с иглы.
Фира метнулась к девочке и узнала, что Катя с Семеном не общалась, отец не принимал никакого участия в ее судьбе, правда, щедро отстегивал деньги на ее содержание.
– Папа очень переживает, – пыталась оправдать отца Ира, – он просто рассердился на Катю. Знаете, папа верит в то, что она выздоровеет! Он пристроил ее на заочное отделение…
Фира молча выслушала информацию об УПИ.
