Альянс Нерушимый

Тут, как и в мире юной императрицы Ольги Владимировны, американское государство, не имея баз на европейском континенте и лишенное операционной свободы в океанах, основную ставку сделало на межконтинентальные ракеты наземного базирования. Ведь нет смысла строить дорогостоящие подводные лодки с баллистическими ракетами, если они будут потоплены еще на подходе к рубежам развертывания, или производить в большом количестве бомбардировщики, которым просто не прорваться сквозь чрезвычайно плотные рубежи противовоздушной обороны.

Тем более, что ничем подобным не увлекались и в Советском Союзе. Пока действовало соглашение о Совладении, Москва ускоренно занималась мирным строительством, осваивая сумму технологий двадцать первого века, привнесенных Старшими Братьями, а когда Америка после смерти Сталина и Рузвельта все-таки взбрыкнула, обратила часть своей высокоразвитой промышленности (в частности, и ракетно-космической) на военные нужды.

Оказалось, что советские ракетные конструкторы все это время разрабатывали и испытывали ракеты двойного назначения (для высотного зондирования атмосферы или для вывода на орбиту малогабаритных спутников), и когда Соглашение о Совладении было разорвано по инициативе американской стороны, эти изделия стали основой советских стратегических ядерных сил первого поколения. А от позиционных районов легких дивизионов СЯС в Шотландии до Вашингтона всего пять с половиной тысяч километров, то есть как раз средняя дальность.

Ни товарищ Сталин, ни его преемники в этом мире политически наивными людьми не были, и понимали, что любое соглашение с заокеанскими империалистами — лишь отсрочка, а отнюдь не гарантия приличного поведения наших извечных политических партнеров-оппонентов по другую сторону двух великих океанов.

Изначальное равенство экономических потенциалов противоборствующих сторон, а также то, что в Китае так и не возникло никакого маоизма, и русский с китайцем так и остались братьями навек, обусловило общую канву развития этого мира.

Пока был жив Рузвельт (в этом мире умер в 1955 году) политика его «Нового Курса» умеряла алчность американских корпораций, и жить в Америке было в целом легко и приятно*. После его смерти президентом стал политик либерального толка Эдлай Стивенсон, в 1952 году баллотировавшийся в качестве вице-президента.