Мы не говорим с ними, однако одного только взгляда на них мне достаточно, чтобы понять, что они тут точно не по доброй воле.
В какой-то момент одна из женщин прекращает идти и просто падает на колени. Ее крик настолько вымученный и громкий, что тут же привлекает всеобщее внимание.
– Хватит! Я не могу идти больше. Не могу!
Из-за этой бедной женщины тут же замедляется шаг, и все оборачиваются на нее. Я понимаю, что нужно идти дальше, иначе мы привлечем к себе слишком много ненужных глаз.
– Вставай. Ну же, нельзя останавливаться.
Я подбегаю к ней и помогаю подняться, практически таща женщину из последних сил на своем плече, но она точно сломанная кукла, отталкивает меня и падает на колени.
– Нет! Пожалуйста, дайте мне отдохнуть. Я не хочу больше идти.
– Милая, вставай. Я умоляю тебя. Поднимайся.
Пытаюсь хоть как-то растормошить ее, но женщина лишь на бок поворачивается. Она настолько устала, что даже не реагирует больше на меня.
С ужасом слышу крики где-то издалека свиты, и вскоре вижу черную огромную лошадь.
В груди холодеет, когда я понимаю, что это тот самый страшный воин. И сейчас он скачет прямо к нам.
– Что здесь происходит?
Мужчина быстро окидывает нас строгим взглядом, от которого мне тут же хочется закрыться непроницаемой стеной. Он крепко сжимает поводья лошади своими руками мощными. покрытыми татуировками, и я уже представляю, как этими самыми руками он убивает. Безжалостно и разъяренно, как дикий зверь. Невольно назад отступаю. Подальше от него. Этот мужчина вызывает во мне какой-то запредельно дикий страх, который я никак не могу контролировать.
– Она устала. Пожалуйста, дайте ей пять минут передохнуть.
Не узнаю свой голос. Едва ли слышу его. Он становится тихим перед этим великаном, словно попадая в его тиски.
– У нас нет времени. Вставай, рабыня, если хочешь жить.
Воин призывает эту женщину, но она лишь головой качает.
– Не могу больше. Хватит.
Бедная уже едва ли шевелиться от усталости, смея игнорировать его приказ, от чего почему-то остальные рабы склоняют голову и отворачиваются.
Я не понимаю что происходит, но проходит всего миг, после которого я истошно вскрикиваю видя, как Алихан спускается с лошади, хватает эту несчастную, и одним махом ломает ей шею. Он делает это так быстро и легко, будто ломает простую тростинку, словно делает это каждый день.
Воин бросает тело девушки рядом ступающим с нам огромным псам, которые тут же набрасываются на нее, разрывая уже бездыханное тело в клочья в считанные секунды.
