Но у меня по-прежнему, не было друзей, я испытывала трудности в общении со сверстниками и затерялась в воображаемом мире из книг, которые дядя Билл велел мне читать: ""Золушка"", ""Волшебник страны Оз"", ""Алиса в Стране чудес"", ""Остров голубых дельфинов"", чуть позже истории Гарри Поттера и «Чернильные» истории – все они использовались в подготовке моей психики к тому, что скоро станет программируемым контролем над сознанием.
Особенности моего поведения, мое подавленное состояние, бросались в глаза.
Но на них не хотели обращать внимание. Тем более, мой опекун был весьма уважаемым человеком.
Я имела возможность быть среди людей, когда ходила в местную библиотеку за книгами. Наша организация содержала большую библиотеку, которая как будто создана была, как центр идеологической обработки. Имелся видео зал, обязательный для посещений, и обучающие площадки для детей.
Однажды библиотекарь спросила, почему я так печальна. Я дала обычный ответ: «В книгах много печальных героев».
А когда учительница спрашивала меня, почему я не общаюсь со сверстниками, я отвечала: «Ребята похожи друг на друга, а мне нравится проводить время с книжными героями». Если мне начинали задавать уточняющие вопросы, отделывалась с помощью религиозных фраз, таких как: ""На все воля Божья!""
Окружающие обычно принимали мои ответы за личную особенность, своего рода проявления аутизма в сочетании с моей религиозностью. И дядя Билл поддерживал эту версию.
Мое поведение обсуждалось на консультации в школе, но его причины не были точно установлены.
Решили, что все связано со смертью родителей. Мне дали абсурдный совет – излить свою печаль на бумаге, а потом разорвать ее. Но печаль, вызванная тяжелыми сексуальными надругательствами, не могла быть снята такими упрощенными средствами. Опекун же запретил мне проявлять эмоции, и я старалась соблюдать этот запрет.
И все же особенности моего поведения побудили моих кураторов перевести меня из обычной светской местной школы в католическую, церковно-приходскую.
Где на мои отклонения от нормы не будут обращать внимания.
Джордж Абрамян поручил опекуну отправить меня в школу Католического центра в соседнем городе. Эта школа находилась в ведении Абрамяна.
К тому времени, когда я перешла в Католический центр, группы среди учеников старших классов уже сформировались. Я вписалась в сообщество ""странных"" детей, которые были близки мне тем, что тоже подверглись насилию.
