И я вернулась домой, а через семь месяцев родилась твоя прабабушка. Вот так вот все и вышло, Аленька.
– А какой он был расы? – через какое-то время спросила я.
– Эленмарец, кажется так называлась его раса. Ты очень на него похожа, – бабушка Пелагея вновь с нежностью мне улыбнулась, – разве что ушки у тебя не острые, да волосы не такие светлые.
– А как же ты потом… – мне было так бесконечно жаль ее, эту сильную, волевую женщину, такую родную и любимую.
– А что потом? – как-то горько улыбнулась она, – Машка родилась, потом Таюшка, потом мама твоя, а потом и ты.
Вот и живу для вас, радуясь каждому дню.
– Ты больше никогда не любила?
– Я просто никогда не переставала любить, – она поднялась, отряхнув вязанную юбку, – ну пойдем уже. Завтра вставать рано. Рейсовый до Луны ждать не станет.
Я последний раз бросила взгляд на море. Чуда не произошло, плавник так и не показался. Тяжело вздохнув, поплелась в сторону домика.
*****************************************************************
Утро началось внезапно.
Вот так бывает ты просто спишь и вдруг:
– Алька, подъем! – врывается в мой сон голос бабушки, – после твоего вчерашнего приключения на базе объявили выходной, и сигнал будильника не сработал.
– Что? – сонно прохрипела я, силясь открыть глаза.
– Проспали мы с тобой, вот что! – не сдавалась бабушка Пелагея.
– Проспали? – подскочила я.
– У тебя есть пять минут на сборы. Кета-уаси любезно согласился нас подвезти до вимар-станции, – говорила бабуля, уже натягивая поверх джинсов легкие сапожки, – есть еще добрые люди… то есть я хотела сказать влаппи.
Одевайся. Завтрак сухим пайком возьму.
Как только захлопнулась дверь домика, я подскочила и как заведенная закружилась по комнате. Умыться, одеться, обуться, проверить собранные вещи… Кажется все, а у меня еще целых полминуты. Обидно начинать службу на новом месте с опоздания. Перекинув сумку через плечо, я вышла на крылечко.
– Стравствуйте, шетера Айлевтина, – оскалился огромный влаппи, стоящий рядом со служебным флайкаром.
– Доброе утро, уважаемый Кета-уаси, – поздоровалась я, направляясь к летуну.
Пелагея Джоновна, держа в руках объемный сверток, уже садилась с другой стороны.
– Ну, все на месте? Все взяли? – спросила она, раздавая каждому из нас по термостаканчику, плотно прикрытому крышкой, – утро нужно начинать с хорошего кофе и тогда оно обязательно будет добрым.
– Спасибо, – коротко поблагодарил Кета-уаси и склонился над навигационным экраном.
