Нетрудно предположить, что у дирижера Томашевского дома имелся рояль, уж не без этого. Старик был вхож в дом, очевидно, его считали приличным человеком и не слишком за ним присматривали. Вот он и отплатил за хорошее отношение – упер у хозяина дорогую марку. Но украл он ее не просто так, а решил подменить. Дирижер все время на гастролях – небось нечасто своим сокровищем любуется. И с налету не определит, настоящий у него «Маврикий» или поддельный. Стало быть, взял марку у Томашевского, отдал граверу, получил обратно ее же плюс копию, и что? Положил марку на место.
Рискованно, но вполне выполнимо, Прохор Петрович, как Леня его представляет, человек решительный. Но неумный, поскольку номер с фальшивой маркой и Шершнем не прошел бы. Ну, положим, Шершень в марках не разбирается, но нашел бы уж он специалиста, который все ему разъяснил бы. И тогда старичку пришел бы конец. Если только он не успел бы вовремя удрать. А что, сумел же он от бандитов смыться…
Леня поискал на тарелке кекс и с удивлением отметил, что не осталось ни кусочка.
Тогда он придвинул поближе вазочку с печеньем и продолжил думать.
Их дело – отмазать клиента, оградить его от преследования людей Шершня. Да еще хорошо бы хоть каких-то денег за это дело получить, а то Лолка ему всю плешь проест. «Сам же говорил – мы никогда не работаем даром!» – скажет она, и будет права. Леня сам установил такие правила, и нужно их выполнять.
Он тяжело вздохнул и перевернул вазочку. От печенья остались одни крошки. Снизу раздалось требовательное тявканье Пу И.
– Папа нежадный, – сказал Леня, предложив ему крошки."
"Песик рыкнул сердито и ушел, обиженно подволакивая лапы. Леня пожал плечами и развернул конфету.
Знать бы точно, лежит ли марка у дирижера в квартире. Если нет, то в любой момент может разразиться скандал, когда он хватится пропажи. Если же Прохор Петрович успел положить ее на место, то дело сводится к разборке между бандитами, и тогда нужно применять совсем другую тактику ведения дела.
– Крути не крути, – сказал Леня, запихивая в рот последнюю конфету, – а придется к дирижеру идти проверить, на месте ли марка.
– Р-розовый Мавр-рикий! – гаркнула над ухом попугаиха.
– Черт бы вас побрал с вашей маркой! – рассердился Леня и собрался уходить, потому что на кухне стало как-то нечего делать.
Пу И в прихожей глянул призывно, но Леня взгляд его проигнорировал и ушел.
Лола нарочно не вышла из своей комнаты, чтобы не поручили ей снова каких-нибудь утомительных дел.
