— Разве вы не собирались остаться? — откинула она за спину рассыпавшиеся по плечам волосы, скручивая в жгут, затем в узел, закалывая шпильками, собранными с подушки.
— В этом уже нет надобности, — отвернулся он от женщины, следуя к выходу.
— Merci. Сейчас соберусь. Я быстро.
У двери граф остановился, обернулся и сухо сообщил:
— Жду вас в холле, мадам Ле Бретон, — и вышел.
— Сколько я пробыла в таком состоянии? — спросила она у леди Стакей.
— Довольно долго, чтобы заподозрить у вас не обычный обморок, а нечто большее, — сообщила она с видом оскорблённой добродетели.
"
"Ольга промолчала. Венона провоцирует её на новый виток скандала? Не выйдет.
— Шэйла родила? Кого? — пересела она на стул, подтягивая полусапожки.
В голове гудел хоровод мыслей. В носоглотке стоял сгусток горечи.
— Девочку, — торжественно ответила женщина. — Наконец-то леди Анна Скай Спарроу увидела свет.
— Анна Скай? — переспросила Ольга задумчиво. Переждала приступ лёгкого головокружения. Прошла в умывальню и достала носовой платок.
— В честь кого она названа? Обычно имена дают в память о ком-то близком, дорогом сердцу человеке.
— Так звали покойную мать почившего барона Спарроу, — раздалось горделиво из комнаты. — Если бы родился мальчик, то его назвали бы Барт, в честь его отца. Барон закрыл собой жену, спасая от смерти.
Герой, — едва не подавилась воздухом Ольга:
— Вы ничего не знаете ни о своей дочери, ни о человеке, в объятия которого её загнали.
Как дичь, — хотела добавить, но умерила пыл.
Интересно, знает ли маркиза обстоятельства его смерти? Знает ли, по какой причине барон Спарроу пожелал сделать её дочь своей женой?
Скоро узнает, — вздохнула Ольга. Этот раунд ею проигран, но основная схватка впереди. Для полной победы ей нужен сильный союзник, и она постарается его заполучить.
— Я знаю о своей дочери всё, что мне знать положено, — отрезала леди Стакей. — Поспешите.
— С девочкой и Шэйлой всё хорошо? — спросила Ольга с беспокойством.
Не дождавшись ответа, тяжело вздохнула и застегнула молнию на обуви.
Намеренно бесстыдно и старательно огладила икры ног, колени, расправляя складки чулок. Погнала их вверх, заправила под шёлковые подвязки дорогого кружевного нижнего белья, демонстрируя Веноне. Не сомневалась, что ноги у маркизы не хуже, как и бельё не дешевле. Но… Пусть видит.
Женская месть? Пожалуй. Глупо? Приятно! Дивилась, когда она успела стать такой? Никогда не замечала за собой подобного.
