— Селма? Вам сказала Селма? Она помогает вам?
— Она подтвердила слова леди Стакей о том, что вы говорите без французского выговора. Она же поймала мальчишку-истопника в будуаре маркизы с красной книгой в руках.
— И отдала её вам, — подалась к нему Ольга в запале. — Почему вам, а не хозяйке?
Мартин откинулся на спинку сиденья:
— Селма давно служит у леди Стакей и знает её лучше, чем кто-либо ещё. К тому же мальчишка признался, для кого выкрал книгу. Не желаете узнать, в чём будет заключаться ваша помощь? — вернулся к прежней теме разговора.
— Почему вы решили, что я приму ваше условие и стану вам помогать?
— Разве нет? Я ошибся? — вскинул он подбородок и осуждающе глянул на женщину. — Разве вы здесь не для этого? Я наблюдаю за вами с самого нашего знакомства. Вы полны благих намерений по отношению к баронессе Спарроу. Но они привели вас к совершенно противоположному результату. Вы ничего не добились, лишь усугубив своё и без того шаткое положение.
Тяжёлый пристальный взор его сиятельства давил на плечи.
Его самоуверенность Ольгу раздражала:
— Похитив Шэйлу с ребёнком, вы тоже ничего не добьётесь. Маркиза ни за что не откажется от дочери и внучки. Это её билет в обеспеченную жизнь. Их будут искать. И поиск начнут среди близкого окружения. Вас найдут и…
Всё случится 26 января! — цвела буйным цветом фантазия Ольги. Мартина и Стэнли повесят за похищение. Или они погибнут в этот день в стычке с полицейскими. В её воображении отец и сын обязательно находились в момент гибели рядом.
Несмотря на её многозначительное молчание, её поняли.
Граф тяжело втянул носом воздух и, смерив собеседницу долгим пронзительным взором, невозмутимо сказал:
— Вам недостаточно терпения и осторожности, мадам Ле Бретон, — замолк в ожидании протеста.
Не дождался. Она плотно сомкнула губы, демонстрируя показное безразличие к его словам и полный контроль над чувствами.
Продолжил:
— На изменение моих планов повлияла попавшая ко мне ваша записная книжка.
Признаюсь, ваш истинный облик и тот, который я себе надумал, весьма различны. Нарисованный вами портрет отразил всего лишь разительное внешнее сходство.
Он разочарован, — прикусила Ольга нижнюю губу изнутри, чтобы не сказать лишнего. Разумеется! Тогда она играла роль виконтессы, как, впрочем, и сейчас играет роль французской вдовы. Что касается её истинных чувств — она искренна в своих порывах и желании помочь Шэйле.
Внимательно слушала его сиятельство.
