Выпитый бокал красного вина подействовал на организм благотворно.
В ожидании ухода Флосси листала томик стихов Байрона. Знакомая картонная закладка с простенькой зигзагообразной двухцветной вышивкой оказалась в нужном месте.
Убедившись, что стихи те самые, Ольга с нарастающим волнением прислушивалась к громким ударам сердца.
Вот и услужливая прислуга ушла, а она не решалась встать и пойти на первый этаж. Намеренно оттягивала визит в библиотеку, забивая голову ерундой, а потом вдруг подхватилась, засуетилась и бросилась к выходу.
Кутаясь в палантин, спешила по полутёмному коридору.
Пройдя комнату опальной виконтессы, резко остановилась. Вернулась и дёрнула за ручку двери.
Ожидала увидеть голые стены как в будуаре Шэйлы в доме на Аддисон Роуд, но в родовом поместье Хардингов в комнате бывшей жены виконта всё осталось по-прежнему. Лишь чехлы на мебели да запах сырости и слежавшейся пыли указали, что хозяйка давно здесь не появлялась.
Ольга прошла к окну и распахнула портьеры. Бросила взгляд на реку и холмы за ней, затянутые серой пеленой.
Задержавшись у зеркала, осмотрела себя, снова сравнивая с Шэйлой. Помедлив, открыла шкаф.
Ладонь коснулась гладкого шёлка цвета морской волны. Соскользнула на полку ниже, тронула выглядывающие из складок чёрно-синего платья вышитые атласными лентами нежные бутоны роз.
Ольга встряхнула бальное платье, удостоверяясь, что жирное пятно на месте. Чьи руки испортили наряд, так и останется тайной.
Не верилось, что Стэнли сохранил одежду Шэйлы. Её комната в лондонском доме вычищена основательно, а тут… Не поднялась рука избавиться от приятных воспоминаний о недолгой волнующей близости? Возможно.
Ольга бродила по комнатам среди укрытой чехлами мебели.
Будила спящее гулкое эхо пустого старинного особняка.
Вспоминала пережитое, не преданное забвению: лица, события, ощущения.
Слушала гудение ветра в каминных дымоходах и хныканье сквозняка под высокими сводами.
Принюхивалась к запаху пустоты и покоя — бесцветному, неуловимому. С приходом лета сюда вернётся жизнь.
А сейчас…
В протопленной библиотеке пахло дымком и смолой. Дровница у каминной решётки доверху заполнена толстыми поленьями.
Глаза пробежались по книжным шкафам, столам, передвижной стремянке. Выхватили закрытые ставни в широкой арочной нише в стене, споткнулись о свисающую цепь прикованного к полке древнего фолианта.
Ольга раздвинула на окне плотные портьеры, впуская дневной свет.
Неспешно, с усилием отворила тяжёлые ставни картины.
