Алмазная императрица

Но Элвин заставил всех замолчать вскинутой рукой и притом неотрывно смотрел на меня:

– Давай же, Айса, решайся – или сейчас, или… я просто спрошу завтра снова. Перед ликом своей богини признайся честно: ты хочешь провести со мной вечность? Хочешь быть моей единственной? Хочешь ли того, чтобы я был твоим единственным до конца твоих дней? Мы через многое прошли. И больше бегать я не хочу. Я иссяк, закончился еще на прошлой неделе, потому именно в эту игру больше играть не стану.

– Хочу, Эл, – я услышала свой сдавленный голос.

 – Конечно, я этого хочу, но…

Однако продолжить мне не позволили. Анабель радостно закричала, не скрывая слез радости:

– Счастье какое! Какому же счастью мы стали свидетелями! Тирий, любимый, посмотри на них – они ведь созданы друг для друга!

Мягкотелый император сразу сдался, но он, похоже, и не собирался слишком давить на младшего брата. Потому и вокруг звуки взметнулись вверх – поздравления, восторги, пусть даже и фальшивые. Абсолютное большинство присутствующих вообще ничего не понимали, потому их пожелания звучали скорее озадаченным мычанием.

Но такая помолвка с одобрения самого императора может закончиться настоящей свадьбой. И потому лучше уж сейчас унять возмущение и признать: Айса Имельская и Элвин Ео обручены.

Я видела, как он расслабился. Чувствовала, как Майер под столом сжал мою руку и подбодрил улыбкой – мол, все решено, теперь поздно тушеваться. Нас подняли на ноги. Анабель сначала хотела лично усадить нас рядом, но потом придумала другое:

– Поцелуйтесь же! Что же вы не бросаетесь в объятия друг друга, если давным-давно об этом мечтали?

Под радостный рев гостей Элвин подошел ко мне.

Я поразилась, насколько он спокоен – больше ни в чем не сомневается и не намерен больше ничего потерять. Сладкие ночи, проведенные в объятиях друг друга, уже примирили наши тела, один поцелуй не стал бы ни первым, ни даже сотым. Но я все равно разволновалась, как в первый раз, когда наши губы соприкоснулись. И ведь он прав – подобное уже никогда нам не надоест. На ногах я держалась только за счет крепких рук, удерживающих меня, и уже начала привычно сгорать от желания оставить праздник и найти уединение. Конечно же, я ему за подобный сюрприз выскажу! И конечно же, сразу после поцелую сама, чтобы не вздумал хмуриться. Было трудно сочетать в себе две противоречивые эмоции: злость, что он буквально поставил меня перед фактом, и облегчение от того, что больше переживать и размышлять не нужно, факт ведь свершился.