Жёстким, почти жестоким, способным на поступки, после которых хотелось спрятаться куда-нибудь в тёмный уголок и не привлекать к себе внимания. Через пятнадцать минут дверь кабинета распахнулась и в комнату влетел всё ещё голый Макс.
Пинок, забросивший его в кабинет, оказался так силён, что он, не удержавшись на ногах, долетел до самого стола, безжалостно прервавшего это пикирование. Ударившись грудью о край стола, Макс сполз на пол и, размазывая по лицу кровь из разбитого носа, гнусаво спросил:
– Что это значит? Вы, похоже, забыли, кто мой отец и сколько вам заплачено.
– Именно поэтому ты ещё жив. Но это ненадолго. Запомни, мразь, ещё одна такая выходка, и мои ребята с большим удовольствием устроят тебе несчастный случай, который ты не переживёшь. Степаныч, сможешь? – небрежно спросил Кручинин у начальника охраны.
– Запросто. Вы как предпочитаете, Вячеслав Иванович, с возможностью опознания или с концами? – мрачно усмехнувшись, спросил тот.
– Без разницы, главное, чтобы с гарантией, – пожал плечами Кручинин.
– Тогда ещё проще. Можно в ванной утопить, с помощью электроприбора, можно автокатастрофу устроить, колесо пробило, не справился с управлением, можно под ограбление заделать, никто даже искать не станет, – принялся перечислять Степаныч.
По мере того как он говорил, Макс, всё больше бледнея, сжимался в комок, словно пытаясь стать невидимкой. Брезгливо посмотрев на него, Кручинин отдал последнюю команду:
– Ну, раз ты такой умный и всё понял, осталось только закрепить заученное.
Степаныч, отведи его вниз и прикажи ребятам провести профилактическую работу. От души, но без синяков.
– Сделаем, – усмехнулся Степаныч так, что сжавшийся в комок Макс, вздрогнув, тихо заскулил, как обиженный щенок.
По молчаливой команде Степаныча двое ребят из охраны подхватили Макса под руки и быстро уволокли из кабинета в подвал. Не ожидавшая от отца такой жёсткости Наталья удивлённо посмотрела на него и, подойдя к креслу, тихо спросила:
– А мне что теперь делать?
– Перевези вещи обратно сюда и развлекайся, – пожал плечами Кручинин.
– Только, ради бога, осторожнее. Ты у меня одна, а я хочу ещё внуков понянчить. Давай обойдёмся без твоих экстремальных шуточек. Хочешь прыгать с парашютом, прыгай, но имей при себе запасной. Хочешь гоняться, арендуй трассу и носись сколько душе угодно, но только так, чтобы рядом медики были. Ладно? – с надеждой спросил он.
