Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появились бойцы охраны старика во главе со штабс-капитаном и трое шкафов из охраны института. Ворвавшийся первым штабс быстро оценил обстановку и, усмехнувшись под своей маской, сделал своим людям жест, что всё в порядке. Совсем по-другому повели себя охранники института.
Шагнув к Пашке, один из громил сжал пудовые кулаки и, полыхнув злым взглядом, мрачно спросил:
– Ты что творишь, тварь подопытная?!
Вместо ответа Пашка, окончательно озверев от этих слов, со всего размаху навернул его фарфоровым чайником по голове.
Конечно, толку от этого действия было мало. Дубовый череп охранника по прочности мог поспорить с танковой бронёй, но горячая вода, обильно оросившая его форму, заставила ходячий шкаф отскочить и громко, по-женски взвизгнуть."
"В руках у Пашки осталась гнутая ручка, с фрагментом стенки чайника, края которой по остроте могли поспорить с бритвой. Таким кастетом при умелом обращении можно было наделать бед. А в том, что он это умеет, Пашка почему-то не сомневался.
– Убью, падло! – взвыл охранник, цапая кобуру на поясе.
В ту же секунду в комнате раздался звонкий лязг затвора и рявкающий голос штабс-капитана:
– А ну тихо, портяночники, а то ненароком дырок понаделаю! Вы что, сторожа хреновы, совсем от скуки нюх потеряли?! Команду забыли, твари? Общий сбор всем сменам, на вахте. Три минуты, доклад по исполнению. Бегом! – последнюю команду он прорычал так, что Пашка чуть не ломанулся следом за охранниками института.
Опомнившись, он задумчиво повертел в руках свой импровизированный кастет и, покосившись на командира группы охраны, тихо сказал:
– Извини, капитан, этот урод сам напросился.
– Нормальный ход, парень. С ними только так и надо, чтоб знали, кто их кормит и как носки хозяина пахнут, – рассмеялся в ответ штабс-капитан и, достав из кармана визитку, протянул её Пашке. – Запомни номер. На коммутаторе уже предупреждены. Это мой прямой. Если что, сразу звони, не стесняйся. Я перед дедом за тебя головой отвечаю.
– О как! – ответил Пашка, очень точно скопировав голос и интонации старика.
В ответ раздался откровенный гогот четырёх лужёных глоток группы охраны.
– Споёмся. – Штабс-капитан с размаху хлопнул Пашку по плечу.
Ещё не до конца окрепший Пашка, заметно покачнувшись, ухватился за край стола и, с интересом посмотрев на офицера, ответил:
– Спеться можно, главное, чтобы не спиться.
Ответом на его реплику стал ещё более громкий хохот.
