– Я не…
– Не замешана? О да, она никогда дважды одного и того же человека не использовала. Береглась.
– Вы бредите.
Наверное, следовало бы разозлиться или испугаться, но Лере было все равно. Внутри нее пустота.
– Я не брежу. Вы убийцы. Обе. Только она сядет, а ты – спасешься. Если будешь слушать меня. Я хочу тебе помочь. – Тон Милославы изменился. – Ты же не виновата, что она – тварь. Ты-то хорошая, добрая девушка… я знаю.
– Это ты меня отравила? Конечно. Ты же с травками возишься. И решила избавиться… от меня и от Андрюши.
От меня и…
Не плакать.
– Глупости. Конечно, нет! Чем вы мне помешали? Живите как живется. Я бы только порадовалась за вас. А вот Полинка… она ведь медсестра. Она знает, что нужно дать, чтобы притравить, да не до смерти. Или это Андрюшка? Ты ему не нужна. Попользовался и бросил. А как мешать стала…
– Убирайтесь, – прошептала Лера.
– Я заплачу́. Столько, сколько скажешь!
Деньги-деньги-дребеденьги. Смешная песенка о жадном мальчике. Она сама была как тот мальчик.
Собирала, собирала… собрала. И что дальше? Внутри-то пусто. И никакие деньги не способны это исправить.
Полину арестовали. У нее с Ванькой роман… Ваня ничего не говорил. Он и не обязан, но все равно обидно. Получается, что Лере нечего делать в его жизни. А она хотела помочь.
Ложь. Хотела – помогла бы. Не по мелочи, а серьезно. Предложила бы переехать… оплатила бы обучение… а она все собирала и собирала. И зачем ей столько? Чтобы сбежать на край света. К пальмам и морю.
К домику с соломенной крышей.
Ты да я, да мы с тобой… Нету «нас». Разорвалась единственная связующая ниточка, и теперь Лера – сама по себе. Точнее, есть она и ее деньги. Много… глупо.
Она вытянула иглу из вены и согнула руку в локте. Села. Спустила ноги на пол. Поднялась. Все кружится-вертится, идет колесом… Надо уходить. Одежды вот нет, на Лере – больничная рубашка. А в шкафчике висит халат в оранжевых кружочках. В таком не уйти.
Позвонить бы…
Ванька приедет.
Или нет? Полину ведь арестовали.
Тогда кому?
Никому. Она, Лера, никому-то не нужна. И о помощи просить некого. Разве что Саломею, но ее номера Лера не помнила. Она заплакала и села на пол."
"Пакет стоял под стулом. Большой. Тяжелый. И внутри что-то объемное. Свитер. Майка. Джинсы, скрученные в тугой ком. Носки. И даже кроссовки в отдельном пакетике.
Милослава хотела забрать Леру? Нехорошо получилось.
Лера переодевалась так быстро, как только могла.
