Кто их поломал? И зачем?
Она спросила у дедушки, и тот, улыбнувшись, ответил:
– Другая девочка. Очень-очень злая. Но мы все исправим. Больше не будем звать ее в гости, да?
– Да!
В глазах дедушки стояли слезы.
– Деда, не плачь, – попросила Анечка, обнимая его за шею.
– Деда хороший…
В депозитарном хранилище царила привычная прохлада. Гудел кондиционер. Беззвучно поворачивались камеры наблюдения. Дремали встроенные в пол и стены датчики.
Два ключа повернулись одновременно, и дверца сейфа открылась.
– Вам помочь? – поинтересовался служащий банка.
– Нет, спасибо.
Саломея справится сама.
В железном ящике хранилось не так много вещей: дуэльный пистолет с вишневой рукоятью, сапфировое колье, нить жемчуга, в которой все еще не доставало жемчужин, и полотняный мешочек.
Развязав его, Саломея вытряхнула на ладонь камни – неровные, мутные, они походили на куски пластика.
Двадцать три камня.
И выцветший снимок женщины в высоком вдовьем чепце. Прямая спина. Широкие юбки. И белые мазки ладоней. Кольцо выделяется, оно словно живет вне этого черно-белого мира.
Женщина улыбается, неявно, лишь уголками губ.
– И совсем мы не похожи, – говорит ей Саломея.
Алмаз, вспыхивая, меняет цвет с зеленого на красный. Но длится это долю секунды."
