Альт-летчик

Требуется изменять подвеску, чтобы стравливалась, поначалу у всех не все получается. Я ему сказал об этом, и со второго раза мы сели, практически в том месте, откуда стартовали.

– А Николя – жадина! Я ему так и скажу! Прекрасная машина, я никогда таких ощущений не испытывал. Однако время! Нас ждут великие дела!

Князь достал из внутреннего кармана плоскую металлическую флягу, сделал несколько глотков и протянул ее мне. Пока я делал пару глотков французского коньяка, похоже, что это был «Луи Тринадцатый», князь схватил мешок со сложенным планером и зашагал вниз по тропе.

Мою попытку помочь ему он отверг.

– Требуется привыкать носить его самому. Я механика с собой не взял, потому как «стучит» он в Третье отделение, и ничего не попишешь, так ему приказали. Я ж почему с собой пистолет взял, чтоб доказать, что не было у тебя и мысли содеять непоправимое. Без пристрелки попасть с воздуха по земле достаточно сложно, даже для такого стрелка, как я. Я же видел, что ты управлял аппаратом так, чтобы иметь постоянную скорость и высоту.

И я пробовал сам управлять им одной рукой. Это очень тяжело, она реагирует на малейшее изменение положения ручки, одной рукой удержать ее сложно. Так?

– Да, конечно. Внешне вроде как просто, а на весу и скорости довольно сложно.

– Макаров обвинил тебя в попытке покушения на государя, при мне.

Макаров был министром внутренних дел, до этого – сенатором, долго министром не просидел, но в 11-м году был в силе и фаворе.

– Тогда не брать механика не стоило.

– Да соглядатаев на озере и без него хватало. Николя знал, куда я еду. Поэтому и говорю: «Нас ждут великие дела!» Садись, поехали.

От выбежавшего из калитки Беклемишева он просто отмахнулся. Остановившись перед домом, после того, как выгрузили планер, приказал надеть парадный мундир. Но по дороге говорили только о делах, связанных с производством алюминиевых сплавов. Он, оказывается, дал телеграмму Гуго фон Вогау и вызвал его в Адмиралтейство, в Особый комитет. До этого хочет успеть повидаться с царствующим племянником.

У того есть специальное время для родственников. Поэтому летели как сумасшедшие. Князь с остервенением жал на грушу клаксона, распугивая всех. Визит к императору несколько затянулся, потому что большую часть времени великий князь передавал тому свои ощущения от полета, но твердо заявил, что при управлении одной рукой аппарат рыскает, и прицелиться практически невозможно. С земли это незаметно, но это так.