Алый король

По ногам и позвоночнику Гамона пронеслась волна невыносимой боли, на глазу выступили слезы. Заморгав, летописец извернулся в хватке своего спасителя. Легионер неразборчиво забормотал себе под нос и провел руками по груди человека, словно проверяя, не ранен ли тот.

Ощутив кожей нечто влажное, Лемюэль опустил глаз. В тех местах, где его касался космодесантник, остались текучие пятна крови.

— Что ты делаешь? — выдохнул Гамон.

— Сиди смирно, — велел воин, оглядываясь через плечо. — У меня мало времени.

Летописец посмотрел туда же, и его сердце заколотилось от ужаса.

В центре амфитеатра ослепительно сиял Магнус Красный.

Вытянув ступни носками вниз, Алый Король парил в метре над песком, уже обращавшимся в стекло, и броня нестерпимо ярко сверкала, будто расплавленное золото. С распростертых рук примарха струился свет, подобный крыльям ангела мщения, который сошел с небес, чтобы обрушить возмездие на неверное царство.

К концу битвы Циклоп полностью утратил черты материального существа. Этому аспекту Магнуса не требовалась плоть — он состоял из неудержимой энергии эмпиреев.

Если таков осколок, на что же способно целое?

Вокруг примарха лежали разбросанные тела — из плоти и крови, из железа и керамита. Смертные, слуги Механикума, легионеры. Волки, поодаль друг от друга. Неподвижная сестра Цезария в разбитой, дымящейся броне.

Пали даже Пром и Нагасена.

Лемюэль не понимал, мертвы они или живы.

Воин встряхнул Гамона и жестко посмотрел на него.

— Ты хороший человек? — спросил легионер Тысячи Сынов.

— Отвечай быстро: ты — хороший человек?

— Нет, — сказал Лемюэль.

— Ты когда-нибудь был хорошим человеком?

— В прошлом, возможно… Я не знаю.

— Надеюсь, — космодесантник пожал плечами, — этого хватит. Иначе нам обоим не поздоровится.

Заметив, что Алый Король плывет к ним по воздуху, воин поднял летописца на ноги.

— Менкаура, — произнес Магнус. — Разумеется, это ты. Кто еще из моих отпрысков сумел бы заглянуть в истинное будущее?

— Только Ариман. Может, еще Амон, — предположил легионер, и Лемюэль почувствовал, что Менкаура быстро водит ему большим пальцем по шее ниже затылка, рисуя сужающуюся спираль.

Кружа над ареной, Циклоп окинул взглядом картину бойни.

— Лучшие воины Малкадора потерпели неудачу. Почему ты решил, что у тебя получится?

— Потому что я, как и ты, был прилежным учеником.