Алый король

Звездолет окружала маскировочная завеса лжи; корабль скрывал свое предназначение, будто стыдился его. Агент почувствовал это, как только впервые поднялся на борт, и с тех пор ощущение не исчезло — пожалуй, даже усилилось.

«Аретуза» во всех смыслах была холодной и безжизненной: за работой ее систем наблюдала команда, в основном состоящая из автоматонов, с минимально допустимым количеством смертных членов экипажа.

Ни Йасу, ни Пром не желали задерживаться на Аг-хору, поэтому их космолеты отправились в путь сразу же после того, как разбомбили исполинскую гору и стерли в порошок амфитеатр Циклопа.

Сейчас «Аретуза» и «Дорамаар» висели на низкой орбите безымянного газового гиганта в соседнем субсекторе. Их хозяева не знали, куда отправляться дальше.

С проводником, который довел их до Агхору, они уже не могли советоваться без риска.

Во всяком случае, пока.

По пути из посадочного отсека Нагасену эскортировали два киборга — безоружные, но агент все равно не сводил с них глаз и держал правую руку на кобуре волкитного пистолета.

Измена автоматонов на арене дорого обошлась имперцам. Умвельт Икскюль уверял, что очистил ядро памяти каждой машины, однако Йасу знал: предавший однажды может предать вновь.

Нагасена прибыл на «Аретузу» по запросу Диона Прома. Йасу не знал, что нужно бывшему библиарию Ультрамаринов, но, какая бы сцена ни разыгрывалась здесь, лишние зрители агенту не требовались, поэтому он прилетел один.

Наконец пара киборгов остановилась на одной из верхних палуб корабля возле неприметной двери со ставнем.

Автоматоны замерли по обеим сторонам от входа, будто молчаливые преторианцы.

Ставень поднялся. Дион в простой одежде для тренировок выглянул из двери и коротко кивнул, приветствуя гостя.

— Спасибо, что пришел, Йасу, — сказал он, отступив за порог.

Агент ответил на поклон и вошел в каюту средних размеров с практичной и строгой обстановкой. Типичные покои легионера, воспитанного в Ультрамаре.

Безыскусная разборная койка, выглядящая так, словно ею никогда не пользовались; несколько верстаков, прикрытых ветошью; пюпитр и столы-планшеты.

Вся мебель сдвинута к переборкам. По центру лежит обычный гимнастический мат, в углу комнаты валяется груда механических конечностей — останки полудюжины разбитых сервиторов для спарринга.

Нагасена уловил запахи пота, машинного масла и крови.

— Ты активно упражнялся.

— Битва с Магнусом вскрыла множество изъянов в моей технике. Больше я не потерплю такой неудачи.